Прошлое

Иван-дурак. От юродивого до жреца

Автор: Кириллица  |  Иллюстрация: Иван Билибин  |  2016-06-24 10:16:19

Бог неспроста дураков любит. И дуракам не просто так везёт. Ох, этот Иван: дурак, лентяй, грязнуля. И за что только этот непрактичный, лишний человек становится главным сказочным счастливцем?


Почему все кому ни лень помогают ему? Почему прекрасная царевна влюбляется в него?.. Да не просто влюбляется, а выходит замуж и на свадебном пиру вытирает дураку-мужу текущие тремя ручьями сопли?!

Смеха ради

Образ глупого и удачливого младшего брата – бродячий. Он встречается и в устном народном творчестве европейских народов, в китайском фольклоре, сказаниях североамериканских индейцев, сказках африканских, австралийских и северных племён. Но лишь на русской почве он стал так популярен: Иван-дурак – едва ли не главный наш сказочный герой. Факт, который может показаться, как минимум, странным, на поверку обнаруживает более чем весомые причины.

Первая из причин популярности Ивана-дурака - его комичность. Ведь одна из главных задач сказки – развлечь слушателя. И сказитель (многие из которых были скоморохами) делает всё, чтобы крестьянам, слушающим его дождливым вечером в кабаке или душным полуднем в очереди на мельницу, было как можно веселее!

Вёдра ходят сами собой, печь едет по городу и давит людей, дубина сама колотит царских посланников. Ситуации дурацкие, гротескные, потому что в их центре дурак. И, в то же время, ситуации типичны для народной смеховой культуры: мы без труда отыщем их в популярных европейских сказках или научных работах, посвящённых природе смеха. С определёнными оговорками и самого Ивана-дурака можно назвать скоморохом.

Дурак угнетённый

Не менее важен социальный аспект образа дурака. Он – младший брат в патриархальной семье, живущей общим хозяйством. Он практически не имеет прав. По сути, он последний человек в этом мире. Оттого с нескрываемым удовольствием крестьяне слушали, как этот угнетённый герой, бессребреник, расправляется с сильными мира того: не только со старшими братьями, но даже с важными чиновниками, принцами и – чего уж там – самим царём.

Но сказка не была бы сказкой, если бы сводилась к одному лишь поиску социальной справедливости. Согласно некоторым теориям, сказка о младшем брате- это отражение уклада средневековой крестьянской семьи (остаточные явления этого уклада можно было встретить и в конце XIX века). Вернее: особенность сказок о младшем брате была обусловлена существовавшим в то время наследственным правом, согласно которому при разделе имущества умершего главы семьи большая часть хозяйства отходила именно младшему сыну. Но в случае, когда наследники продолжали вести совместное хозяйство, главой семьи оставался самый старший.

Также и в сказке: старшие братья имеют больше прав внутри семьи в сравнении с Иваном, но как только между ними происходит конфликт, вынуждающий Ивана покидать (пусть даже на время) пределы семьи – «удача» переходит к нему, и в конце сказки именно он становится обладателем всех «земных благ».

Дурак – юродивый

Третья причина любви к Ивану – его сходство с юродивыми. В таком сопоставлении нет ничего удивительного, если вспомнить, что одним из синонимов слова «юродивый» в словаре Даля является «дурачок». Иван – дурак, то есть сумасшедший, хотя в его образе соединились черты и юродивых-безумцев, и подвижников, юродствовавших «Христа ради».

Юродство в основе своей было антиэстетичным, тяготевшим к безобразному. Этимологически «юродивый» восходит к слову «урод». Как урод описывается и Иван-дурак: вечно он лежит на печи, грязный, оборванный, сопли по лицу растирает.

Роднит Ивана с юродивыми и парадоксальность его речи: «А что, - думает себе Иванушка, - ведь у лошади четыре ноги и у стола тоже четыре, так стол-от и сам добежит». Кроме очевидной комичности, в подобных высказываниях есть нечто большее. Иван переворачивает явления с ног на голову, как делали и юродивые, говорившие загадками, а то и вовсе лепетавшие бессмыслицу. Таким образом блаженные «очищали» вечные истины от повседневной шелухи и однообразности ритуалов. Они как будто встряхивали пыльный ковёр, чтобы тот становился и ярче, и чище. Или – ставили обратно на ноги стоявшую на голове проблему.

Интересна также природа лени Ивана. Замечательно, что его практичные деятельные братья, несмотря на все усилия, не могут добиться цели. А Иван как будто и не делает ничего: лежит себе на печи да пользуется плодами трудов волшебных помощников. Но в сказке воспевается не лень сама по себе. Если братья руководствуются разумом, то Иваном движит чутьё: он идёт, куда глаза глядят, ноги ведут и т.д. Практичное в сказке противопоставляется интуитивному. И побеждает второе: потому что Иван не живёт своим бессильным разумом, а полагается на Божью волю.

Дурак – жрец

Связь дурака с потусторонним миром очевидна: недаром он лежит на печи, которая одновременно является и центром дома (центром мира), и связью с умершими. Недаром именно ему помогают волшебные животные – те самые, которые в первобытные времена были тотемными. Недаром во многих сказках он – единственный говорящий персонаж, порой говорящий бессмыслицу. Вспоминая, что волшебная сказка родилась из ритуала, можем восстановить роль Ивана в нём. Он – человек, общающийся с богами, то есть жрец. Поэтому потусторонний мир помогает ему, поэтому он оказывается в сказке главным героем, во всех смыслах этого слова.