Зачем Александр Суворов стал масоном
С некоторых пор в исторических кругах не утихает спор: был ли наш непобедимый генералиссимус «вольным каменщиком»? Кто-то яростно доказывает его масонство, кто-то клеймит это позором. Сам же Суворов хранит молчание уже больше двухсот лет. Давайте разбираться, откуда взялся этот миф и зачем легендарному полководцу могла понадобиться масонская биография.
Ошибка писаря: главное доказательство
Точкой отсчета в этом споре стало событие января 1761 года. Молодой подполковник русской армии Александр Суворов находился в Кенигсберге, который тогда был занят нашими войсками, и навещал своего отца — местного генерал-губернатора. В этот момент масонская ложа «К трем коронам» записала в своих бумагах появление гостя — некоего обер-лейтенанта Александра фон Суворова, представившегося мастером петербургской ложи «Три звезды».
Эта запись и стала главным козырем для сторонников версии, что полководец был братом-масоном. Сам Суворов даже числился в бумагах этой самой ложи за номером 6. Однако насколько этот документ безупречен?
Любой историк вам скажет: в 1761 году у 30-летнего Суворова не могло быть звания «обер-лейтенант» (поручик). Это младший офицерский чин, а наш герой был подполковником. Разгадка проста: по-немецки Oberleutnant (поручик) и Oberstleutnant (подполковник) различаются одной буквой «s». Видимо, уставший кенигсбергский писарь ошибся. Мог ли он ошибиться в имени и должности? Вполне.
«Три звезды», которых не было
Второй камень преткновения — петербургская ложа «Три звезды». В столице империи действительно действовало много лож: были «Молчаливость», «Постоянство», «Счастливое согласие»… Но «Три звезды» — выдумка. Ни в каких других документах эта ложа не фигурирует. Скорее всего, Суворов ее просто придумал на ходу, чтобы прусские масоны пустили его к себе.
Такая деталь удивительна: авторитетный русский дворянин и военный 20 лет спустя в письмах своим петербургским друзьям-современникам будет использовать слово «франкмасон» как жуткое ругательство, а князя Репнина (человека, известного своей связью с ложей) он презрительно обзовет «Люцифером». Неужели так мог говорить свой брат по духу?
Агентурная разведка
Если факт членства отпадает, то зачем же Суворов пошел к этим странным людям в чужом городе? Историки выдвигают версию куда более прозаичную и разумную.
Отец полководца, генерал-губернатор, должен был в курсе всех политических настроений в этом неспокойном прусском регионе. Сын отлично знал немецкий язык, имел опыт в военной разведке. Посетить масонов — значило познакомиться со всей местной элитой, выведать их настроения и планы. Удобный предлог — «масонство» — давал ему полный доступ к нужным людям.
Для прусских братьев честь видеть сына русского генерал-губернатора была слишком велика. Они не стали требовать у него документальных доказательств масонства, а лишь внесли его в свои списки, где он и был благополучно «похоронен» в архивах на два с лишним века.
Масонство могло быть другим
Стоит сделать оговорку. Масонство второй половины XVIII века не было чем-то единым. Это были кружки умных, прогрессивных людей, которые интересовались наукой, литературой и ставили себе целью нравственное очищение.
Суворову могла быть близка их пропаганда человеколюбия, саморазвития и аскетизма. Это отнюдь не противоречило его натуре — он был человеком глубоко религиозным, не терпел праздности и всю жизнь боролся со своими страстями. Но вступать именно в закрытую организацию, давать мистические клятвы — такое вряд ли вписывалось в образ Суворова.
Так был ли Суворов на самом деле масоном? Скорее всего, нет. Он не разделял их ритуалов, не любил их, а позже и вовсе открыто презирал.
Скорее всего, визит в кенигсбергскую ложу был для него простым служебным заданием: культурная разведка в стане заблудших пруссаков. Тем не менее, именно этот интересный эпизод укрепил странный, но такой красивый миф о русском полководце-«вольном каменщике». Мы же запомним то, чему нас учил сам гений: меньше клише и больше настоящей, живой истории.
