Иудаизм: какие нееврейские народы его исповедуют
Привычный образ иудаизма крепко спаян с представлением об этническом еврействе. Сложи это представление — и станет легче, привычнее. Однако стоит копнуть глубже, и окажется, что у стен Иерусалима молятся люди самой разной внешности и крови. Иудаизм — это призыв к вере, который столетиями находил отклик в сердцах тех, кто никогда не жил в земле обетованной.
Гость у ворот
Начнем с того, что в самом иудаизме есть понятие «гер» — пришелец. Это не оскорбительная кличка, а почетный статус человека, который не родился евреем, но добровольно и осознанно, пройдя долгий путь, принял веру и все ее 613 заповедей. Древние раввины славились тем, что трижды отказывали соискателю, проверяя его на прочность. И все же ворота общины никогда не запирались наглухо. Так по всему миру и появились народы и группы, для которых иудаизм стал родным.
Эфиопская загадка: сыновья Соломона
Эфиопские фалаши — это, пожалуй, самый яркий и удивительный пример. Сами они называют себя «Бета Исраэль» — Дом Израиля, и всерьез считают себя потомками могущественного царя Соломона и его легендарной гостьи, царицы Савской. Согласно преданию, их прародитель Менелик, сын Соломона, основал первое поселение.
Эфиопские христиане долгое время считали их сектой «отступников», так как фалаши признают лишь Тору и празднуют Песах, но не знают иврита и не отмечают Пурим. Ученые до сих пор спорят: кто они — потомки древних переселенцев или коренные жители, принявшие Ветхий Завет? Для израильтян сегодняшних дней фалаша — это еще и сложный вопрос этнической идентификации, который аукнулся громкими спорами об их репатриации.
Чернокожие сионисты: тайна игбо
Однако Эфиопией дело не ограничивается. В глубинах Нигерии живет многочисленный народ игбо. Среди них — небольшая, но очень активная группа, исповедующая иудаизм. Здесь, вдали от Ближнего Востока, соблюдают кашрут, делают обрезание на восьмой день, изучают иврит и собираются в 26 синагогах.
Сами игбо верят: их предки — одно из потерянных колен Израиля. Глава сепаратистского движения Биафры и вовсе провозгласил, что он и его народ — евреи. Израиль относится к этому скептически: генетика их не подтверждает. Однако это не мешает местным общинам считать себя настоящими иудеями.
Русские праведники: субботники
Но самые неожиданные иудеи живут гораздо ближе к дому. Субботники, или русские евреи, появились в центральных губерниях Российской империи на рубеже XVII–XVIII веков. Крестьяне, разочаровавшиеся в официальной церкви, взяли Тору в руки и стали жить по Ветхому Завету. Они соблюдали субботу, делали обрезание, пекли мацу в русских печах и по-настоящему выучили иврит, чтобы молиться.
Власти преследовали их за «совращение», но это не остановило движение. Была даже создана особая группа «геры-субботники», которая полностью приняла ашкеназский иудаизм. Крупнейшая община до сих пор существует в Воронежской области. Эти люди не притворяются — они живут этой верой.
Крымские потомки хазар
Есть и те, кто представляет особую ветвь. Караимы — тюркский народ, традиционно живущий в Крыму. Их религия, караимизм, отвергает Талмуд и признает один лишь Танах. Большинство этнографов склоняются к версии, что караимы — потомки тех самых хазар, чья знать приняла иудаизм в IX веке.
Сами караимы часто настаивают на своем особом пути, однако древние предписания и обряды здесь соблюдаются до сих пор. А еще есть таинственные буртасы, исчезнувший народ, живший в Поволжье под властью хазар. Нет никаких письменных свидетельств, но вполне вероятно, что и они были иудеями.
У стен Уганды
Современная история тоже знает удивительные примеры. В 1919 году один из жителей Уганды случайно прочел Танах и решил, что нашел истину. Он обратил несколько десятков семей, и так на юго-западе страны возникла община абуйудайа, насчитывающая сегодня около 750 человек. Живут они в шести деревнях, где есть синагоги, генераторы и школа иврита. Местные священники за это их недолюбливают и даже травят, но община не сдается.
Вот так, если разобраться, иудаизм оказывается не кастовым барьером, а древней, живой и открытой системой. Найти ее последователей можно от снегов Сибири до саванн Африки, и у каждого из них — своя, уникальная история Бога и долга.
