«Свиной лимонад»: почему европейцы так говорят про русский квас
Водка, борщ и блины давно сдались под натиском мировых ресторанных критиков. А вот квас сражается до сих пор. Самое удивительное, что иностранцы не просто воротили нос от его мутной сути — они дали ему имя, которое прижилось на века: «свиной лимонад». Но почему брезгливость, и был ли прав Толстой?
Литературное проклятие Льва Толстого
Честно говоря, название прилипло к нам благодаря перу Льва Николаевича. В третьем томе «Войны и мира» классик описал быт французов в захваченной Москве. В кадре появляется Морель, денщик-француз, который устроился на кухню к русским. Толстой прямо пишет: «Они называли квас limonade de cochon (свиной лимонад), и Морель хвалил этот limonade de cochon, который он нашёл в кухне».
Забавно, что Морель хвалил напиток искренне: голод не тетка, а алкогольная выдержка (в старину крепость кваса доходила до 2–3 градусов) грела среди сугробов. Но метафраза прилипла не к конкретному чудаку, а к целому напитку.
Почему же «свиной»? Технология и отвращение
Причин тут две, и обе связаны с шоком западного желудка.
Первая — технологическая. В старину квас готовили в специальных квасоварнях. Чтобы получить солод, зерно замачивали и выдерживали в больших деревянных ночвах (корытах). Для русского мужика это была святая кухня, для французского аристократа — свинарник. Запах брожения, мокрая солома, густая жижа… Плюс кислый, острый вкус, который отсутствует в традиционной европейской кухне.
Вторая — политическая. В 1812 году французам в России в принципе не нравилось всё, что двигалось и пахло. Война, холод, приходилось питаться трофеями и тем, что дают, а на десерт подавали квас. Так рождались уничижительные прозвища.
Война вкусов продолжается
Война закончилась, но осадок остался. В Крымскую и Первую мировую европейские солдаты снова плевались, называя наш напиток «кислым пойлом». Сегодня стереотип живёт даже в эпоху гастротуризма. Современные итальянцы сравнивают квас с «микстурой от кашля» или «соком сельдерея». Их избалованное небо боится ферментированных нот.
Американцы лояльнее благодаря солодовому напитку «Мальта», но приходят в ужас, когда узнают, что на этой жидкости варят суп — окрошку. «То есть мы пьём заправку для салата?» — культурный шок неизбежен.
Кто же прав? Уроки Востока
Любопытно, что в отличие от капризных европейцев, азиаты оказались ближе к русскому вкусу. Японцы, привыкшие к мисо-супу, ферментированной сое и натто, находят квас полезным для желудка и пьют его по утрам. А знаменитый авантюрист Джакомо Казанова после посещения России и вовсе причислил его к разряду шербетов.
Так «свиной лимонад» остаётся нашей визитной карточкой. Квас — это история выживания, когда на Руси его делали для уничтожения бактерий в воде. Это символ смекалки: превратить кусок хлеба в шипучий эликсир. Пусть европейцы морщат нос. Возможно, это не мы чего-то не понимаем в лимонаде, а они просто не доросли до хлебного вкуса.
