Не совсем Романовы: к какой королевской династии относились российские императоры на самом деле
Мы привыкли называть их Романовыми. Так учили в школе, так пишут в учебниках, так говорят историки. Но если заглянуть в строгие генеалогические справочники, выясняется любопытная вещь: с 1762 года российские императоры формально принадлежали к другой династии. И называлась она иначе — Гольштейн-Готторп-Романовы. Почему же мы упорно игнорируем эту приставку и кто на самом деле сидел на русском престоле больше полутора веков?*
Настоящие Романовы: всего два царя
Начнём с того, что Романовы в их чистом, биологическом виде правили Россией недолго.
Династия, призванная на престол Земским собором 1613 года, была боярским родом, восходящим к Андрею Ивановичу Кобыле — боярину великого князя московского Симеона Гордого. Первая жена Ивана Грозного происходила из этого рода, а глава семьи Фёдор Никитич Романов приходился царю Фёдору двоюродным братом. Это были коренные москвичи, русские до мозга костей.
Их прямая мужская линия пресеклась в 1730 году со смертью императора Петра II, внука Петра Великого. Четырнадцатилетний монарх умер от оспы, не оставив потомства. Затем на престоле чередовались женщины — Анна Иоанновна, Елизавета Петровна. На Елизавете в 1761 году пресеклась и женская линия дома Романовых в её первозданном виде.
Таким образом, от всей трёхсотлетней династии Романовых по прямой мужской линии к концу XVIII века не осталось никого. А всё, что было дальше, — это уже совсем другая история.
Поворотный момент: Пётр III
Всё изменилось с воцарением Петра III. Но Пётр III — это фигура, которая и сама по себе в этот ряд не вписывается.
Он родился в феврале 1728 года в Киле, столице Гольштейна, под именем Карл Петер Ульрих. Его отцом был герцог Карл Фридрих Гольштейн-Готторпский, матерью — дочь Петра I Анна Петровна. По сути, это был немецкий принц, случайно оказавшийся наследником русского престола благодаря династическим хитросплетениям.
Пётр I, заключая брак своей дочери Анны с герцогом Гольштейн-Готторпским, предусмотрел: их дети будут считаться православными, поданными России и смогут претендовать на престол. Но сам брак был заключён отнюдь не из любви к Германии. Карл Фридрих, лишившийся родовых земель после смерти отца в Северной войне, бежал сначала в Швецию, а потом в Россию, где и женился на Анне Петровне, строя планы возвращения герцогства.
Когда в 1761 году Елизавета Петровна скончалась, престол перешёл к её племяннику — тому самому Карлу Петеру Ульриху. В России он стал Петром III. И именно с этого момента, по строгим генеалогическим правилам, на русском троне воцарилась новая династия.
Как это называли в Европе
В европейской генеалогии династию русских правителей начиная с Петра III принято называть «Гольштейн-Готторп-Романовы». В иностранных изданиях, в частности в «Готском альманахе» — главном справочнике по правящим домам Европы, — её и именовали именно так.
Почему же не просто Романовы? Потому что Петр III был представителем немецкой герцогской династии Гольштейн-Готторпов — младшей ветви Ольденбургской династии. Род Гольштейн-Готторпов появился в 1544 году, когда Адольф Ольденбургский, третий сын датского короля Фредерика I, получил во владение герцогство Гольштейн и замок Готторп. Это была чисто немецкая династия, не имевшая к России никакого отношения.
В России же, разумеется, эту приставку старательно опускали. Своим подданным императоры внушали, что они — исключительно Романовы. И это понятно: кто бы стал слушать немецкого царя? Но среди европейских августейших домов их именовали только полной фамилией.
Екатерина II: немка на русском троне
Примечательно, что и сама Екатерина II, которая свергла Петра III и стала императрицей, тоже была немкой. Урождённая София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, она происходила из рода Асканиев. Единственная кровная связь с Романовыми у неё была через мужа — и та была довольно условной.
Тем не менее официально она считается Романовой. Как и все последующие императоры.
Немецкая кровь: чем дальше, тем меньше
Если двигаться по родословной от Петра III вниз, к Николаю II, картина получается выразительная. Каждый следующий монарх женился на немецкой принцессе: Павел I — на принцессе Вюртембергской, Николай I — на принцессе Прусской, Александр II — на принцессе Гессен-Дармштадтской, Александр III — на принцессе Датской (из дома Глюксбургов), Николай II — снова на принцессе Гессен-Дармштадтской.
Дореволюционные генеалоги подсчитали: к моменту вступления на престол Николая II собственно русской крови в нём оставалось… исчезающе мало. Парадокс: император, который считал себя самым русским из русских, по крови был немцем почти на сто процентов.
Почему же мы всё равно называем их Романовыми?
Вопрос законный. Если с 1762 года на престоле сидели Гольштейн-Готторпы, почему мы упорно именуем их Романовыми?
Ответ — в политической целесообразности и юридической фикции. В 1761 году наследие престола вместе со всеми титулами и династической фамилией Романовых перешло по женской линии в Гольштейн-Готторпский дом. Императоры продолжали носить фамилию Романовых из соображений преемственности — чтобы подданные не чувствовали себя под властью чужеземцев.
Но если следовать строгим династическим правилам, прямая мужская линия Романовых пресеклась в 1730 году. А всё, что было после, — это уже Гольштейн-Готторп-Романовы. Или просто Гольштейн-Готторпы. Как угодно.
