«Мингрельское дело»: что свело в могилу Сталина
В ноябре 1951 года в Кремле началась операция, которая должна была поставить точку в карьере самого могущественного человека после Сталина. «Мингрельское дело» — так назвали кампанию по разоблачению коррупции и национализма в Грузии. Но за борьбой с взяточниками стоял совсем другой замысел. И, как утверждают многие историки, именно этот замысел в итоге стоил жизни самому Иосифу Сталину.
Анонимка для дочери вождя
Всё началось с обычного серого конверта. Такие письма приходили в Кремль сотнями, но это было адресовано не Сталину, а его дочери Светлане Аллилуевой. Точно такое же получил и сын Василий.
В обоих посланиях говорилось о коррупции в высших эшелонах власти Грузинской ССР. Но был один нюанс: обвинения касались исключительно представителей одной национальной группы — мегрелов.
Мегрелы — субэтническая группа, населявшая западную часть Грузии. У них был собственный язык, но без письменности. Несколько столетий назад эта территория являлась независимым княжеством Мегрелия, которым владела династия Дадиани. Во второй трети XIX века княжество упразднили, а земли присоединили к Российской империи.
Мотивы автора писем непосвящённому могли показаться странными. Почему именно мегрелы? И почему письма пришли детям Сталина, а не ему самому?
Ответ лежал на поверхности — и был куда страшнее простой борьбы с казнокрадами.
«Главный мегрел страны»
Сталин прекрасно помнил унизительные статьи в западной прессе, где его выставляли сыном необразованного и малокультурного народа, который «живёт только выпасом овец в горах». В конце 1930-х он даже развернул программу популяризации грузинской культуры, чтобы опровергнуть эти нападки.
И вдруг — анонимка с обвинениями в коррупции против грузинских чиновников, большинство из которых оказались мегрелами. В том же году Сталин приехал на Кавказ якобы подлечиться, но на самом деле — чтобы лично контролировать ход расследования.
Официально «Мингрельское дело» началось с постановления ЦК ВКП(б) от 9 ноября 1951 года «О взяточничестве в Грузии и об антипартийной группе Барамия М. И.». Михаил Барамия был вторым секретарём Грузинской компартии. Сталин предположил, что тот выдвигает на высокие посты только своих соплеменников-мегрелов, за что те дают ему взятки. Так в Грузии образовался своеобразный мингрельский «мафиозный клан».
Уже 10 ноября арестовали Барамию, прокурора Шонию, министра внутренних дел Рапаву, его заместителя Бзиава и академика Шарию. В общей сложности за всё время расследования арестовали около 500 человек — почти всю руководящую верхушку Грузинской ССР. Следствие вёл министр госбезопасности Грузии Рухадзе, получивший карт-бланш на любые действия.
Но на обвинениях во взяточничестве следователи не остановились. Арестованным предъявили куда более тяжёлые статьи: преднамеренный развал социалистического общества и шпионаж в пользу иностранной разведки. По версии следствия, мингрельская «сепаратистская» группировка ставила целью отделить Мегрелию от СССР.
Охота на Берию
К арестованным применяли самые жёсткие методы: били палками, морили голодом, не давали сутками спать. Всё — чтобы «вывести на чистую воду» преступную мингрельскую группировку.
Но в этом деле была своя железная логика. Мегрелов поддерживал Берия — и сам мегрел по национальности. Когда Сталин сказал, что нужно искать главного заговорщика — «главного мегрела страны», — он имел в виду именно Лаврентия Павловича.
К тому времени Сталин стал хуже себя чувствовать. Его окружение помнило микроинсульт 1945 года. В воздухе витал вопрос, кто займёт место вождя после его смерти. Сталин прекрасно понимал, что разворачивается борьба за власть, и ужасно боялся утратить её раньше времени. В Берии он видел главную угрозу.
«Мингрельское дело» стало не просто разоблачением коррупции, а оружием против самого могущественного человека в Советском Союзе после Сталина. Как свидетельствовал Павел Судоплатов, Берия лично отправился в Тбилиси после того, как с грузинской парторганизации сняли обвинение в национализме. Ещё немного — и этого «мингрельского афериста» арестовали бы и расстреляли.
Внезапный конец
Мингрельское дело закончилось так же внезапно, как и началось. 5 марта 1953 года Сталин умер.
Сразу после этого всех «шпионов-мегрелов» реабилитировали и вернули на посты. Дело признали фикцией. Спустя всего полгода сторонников Берии вместе с ним самим расстреляли по указке Хрущёва.
Но самый поразительный факт вскрылся позже. Те самые анонимки, которые получили Светлана Аллилуева и Василий Сталин, были написаны… по приказу их отца. Это была фальсификация. Сталин задумал её, чтобы скомпрометировать и устранить самого опасного врага и «претендента на трон» — Лаврентия Берию.
Владимир Шенк в книге «Мингрельское дело» приходит к выводу: кончина вождя фактически спасла Берию от ещё более жестокого конца. Успей Сталин довести дело до конца — и Берия встретил бы смерть на несколько месяцев раньше, но куда более страшную.
«Мингрельское дело» — это история о том, как страх потерять власть толкает самых сильных на самые опасные игры. Сталин, готовивший удар по Берии, не рассчитал только одного: времени. Смерть настигла его раньше, чем он успел поставить точку в этой интриге. А «главный мегрел страны» прожил ещё несколько месяцев — ровно до тех пор, пока новые хозяева Кремля не расправились с ним уже по-своему. Так что же свело в могилу Сталина? Болезнь или собственное детище — дело, которое он затеял против своего самого верного и самого опасного соратника? История не даёт однозначного ответа. Но в том, что эти два события — «Мингрельское дело» и смерть вождя — были связаны неразрывно, сомневаться не приходится.
