Какие неприличные фамилии встречались у русских
Фамилия — вещь серьезная. Сегодня мы редко задумываемся о том, какой смысл был заложен в родовое имя наших предков. Ну, Иванов, ну, Петров — понятно, от отца. Кузнецов — понятно, от профессии. Но что делать, если твоя фамилия — Дристунов, Пятизадов или, скажем, Бесшуликов? Смешно? Страшно? А ведь когда-то это были самые обычные, даже «правильные» фамилии. И носили их не только крепостные, но и вполне себе знатные дворяне.
Как так вышло, что наши предки, люди вроде бы верующие и богобоязненные, записывали себя и своих детей в реестры под прозвищами, от которых у современного человека волосы встают дыбом? Ответ кроется в сложном переплетении языческих суеверий, бюрократической небрежности и банального черного юмора, который был свойственен нашим предкам ничуть не меньше, чем нам.
От «Дрочилы» до «Гнуса»: взгляд в летописи
Первое, что нужно понять: изначально фамилий как таковых на Руси не было. Были имена и прозвища. В летописях писали примерно так: «сотник, прозвище Блоха» или «Неупокой Карга». Первые зачатки фамилий (у бояр и знати) встречаются в документах с XIII века, но для простого люда этот процесс растянулся аж до середины XIX столетия.
Самое раннее упоминание действительно «неприличного» имени можно найти в Первой Новгородской летописи за 1240 год. Среди погибших новгородцев упоминается некий сын кожевника с прозвищем Дрочило Нездылов. Как говорится, комментарии излишни. Но это лишь вершина айсберга. В документах XVII–XIX веков встречаются такие шедевры народной мысли, как Гнус, Пятизадов, Бляблин, Могила, Смерть, Попа, Зюзя, Пальцапупа.
Магия обмана: почему детей называли «Дураками»?
Главная причина такого «неблагозвучия» — языческие суеверия, которые на удивление живуче держались в народе даже после крещения Руси. Наши предки свято верили в «сглаз» и порчу. Считалось, что если враг или злой дух узнает настоящее имя человека, то сможет забрать его удачу или здоровье.
Поэтому практиковалась система «имен-оберегов». Ребенку давали несколько имен. Одно — крестильное, официальное, для церкви и начальства. Второе — тайное, домашнее, которое знали только родные. А третье — уличное прозвище. И чем страшнее, глупее или нелепее было это третье имя, тем лучше. Считалось, что бесы и завистники пройдут мимо такого «неказистого» ребенка, не обратив на него внимания.
Отсюда пошли имена-обереги: Некрас (чтобы вырос красивым), Могила или Смерть (чтобы долго жил), Беда, Злоба, Негодяй (чтобы жизнь была счастливой). Позже эти имена трансформировались в фамилии: Некрасов, Дуров, Смертин, Злобин, Голодный. Вы думаете, Злобин — это злой человек? А вот и нет, его предок, скорее всего, был добряком, которого так «защищали» от сглаза.
Барская прихоть и казачья удаль
Когда в XIX веке после отмены крепостного права крестьянам массово стали давать фамилии, помещики не особо церемонились. Им было лень думать, и они часто записывали крестьян по их же уличным прозвищам, которые те использовали в обиходе. Так и появлялись целые деревни Косоротовых, Криворучко, Поносовых.
Но самое интересное, что неприличные фамилии встречались не только у крестьян. Среди дворянства тоже хватало «говорящих» фамилий: Кобылкины, Кошкины, Дурасовы, Дурновы, Крысины, Трусовы. Это была дань моде или, возможно, память о тех же древних прозвищах, которые их знатные предки когда-то носили с гордостью.
Казаки в этом плане пошли еще дальше. В их среде были распространены фамилии, которые сейчас звучат как анекдот: Пердяев, Дристунов, Нетудахата, Сухозад, Мохнажопкин. Служилые люди не видели в этом ничего зазорного — это была часть их субкультуры, удаль и демонстрация пренебрежения к условностям.
Тайный смысл «приличных» фамилий
Хуже всего приходится тем, кто носит фамилии, которые сегодня звучат вполне прилично и обычно, а на самом деле имеют крайне непристойное происхождение. Дело в том, что многие старые слова вышли из употребления, и мы уже не понимаем их истинного значения.
Возьмем фамилию Бесшуликов. Звучит почти как «бесшабашный». Но лингвисты Х. Вальтер и В. М. Мокиенко в «Большом словаре русских прозвищ» поясняют: «шулами» или «шулятами» на Руси называли мужские яички. Соответственно, Бесшуликов — это «без яичек», то есть шутливое прозвище для бездетного или неспособного мужчины.
Не менее пикантная история у фамилии Дашков. Все знают дворян Дашковых. Официальная версия гласит, что родоначальником был некий татарин Дашек, въехавший к великому князю. Однако есть и альтернативная версия: тюркское слово dasaq переводится как «мошонка».
А знаменитая фамилия Годунов? По одной из версий, которую приводит в книге «Тюрки и мир» Мурад Аджи, она обозначает «нижнюю часть прямой кишки». Правда, другие исследователи, например Гали Еникеев и Николай Баскаков, с этим не согласны и возводят фамилию к татарскому имени «Гата» или к выражению «храбрый, смелый». Но осадочек, как говорится, остается.
Неприличные соседи: «Гуз» и «Кут»
Очень плодородной почвой для обидных фамилий были названия частей тела. Вспомним знаменитое слово «гузно». В словаре Даля «гуз» — это зад, низ чего-либо. Отсюда пошли фамилии Гузнов, Огузов, Гузкин. Кстати, фамилия Кутепов, по версии тюркологов, может иметь отношение к татарскому слову küt — «зад». Выражение «küti bаr» означало «храбрый, смелый», но в буквальном переводе — «у него есть зад».
Что делать с таким наследством?
В двадцатые годы XX века, когда сменилась власть, многие поспешили избавиться от неблагозвучных фамилий. Это разрешалось делать свободно. Однако не все отреклись от семейного наследия. Некоторые даже гордятся своей «эксклюзивной» фамилией, выделяющей их из толпы.
Так что, если вы встретите человека с фамилией Задов, Пердунов или, не дай бог, Бесшуликов — не спешите смеяться. Возможно, его предок был просто очень суеверным человеком, который хотел защитить свою семью от злых духов. Или это был бравый казак, которому было наплевать на мнение света. А может быть, это древний дворянский род, ведущий свою историю от ордынских мурз. В любом случае, за каждой «неприличной» фамилией стоит целая эпоха с ее страхами, верованиями и удивительным чувством юмора, которое наши предки пронесли сквозь века.
