Взрыв в Инкерманских штольнях в 1942 году: что случилось на самом деле
Пригород Севастополя Инкерман издавна славится своими каменоломнями. Нуммулитовый известняк здесь добывали ещё в античные времена — из него строили Херсонес, а позднее и сам Севастополь. К началу XX века общая протяжённость штолен достигала, по разным оценкам, тридцати километров, а максимальная глубина — ста метров .
В 1930-х годах в катакомбах организовали комбинат по производству шампанских вин — под землёй хранилось около четырёх миллионов бутылок. А в 1938-м часть штолен передали военным под склад боеприпасов. Историки оценивают объём хранившегося там боезапаса примерно в полторы тысячи железнодорожных вагонов мин, снарядов и бомб .
С началом Великой Отечественной войны и приближением фронта к Севастополю подземелье обрело новое значение. Скальный массив, надёжно защищавший от авианалётов, превратился в настоящий подземный город. Полы покрыли асфальтом, помещения разделили перегородками, провели воду, электричество, канализацию, сделали вентиляцию .
Здесь разместили госпиталь 47-го медсанбата, в котором единовременно лечились от трёхсот до двух тысяч раненых. Работали швейные и обувные мастерские, шили военное обмундирование и сумки для гранат. Под землёй находились хлебозавод, школа, детский сад и даже кинотеатр . По разным данным, в штольнях укрылись от бомбёжек около десяти тысяч мирных жителей .
Двадцать девятое июня 1942 года
К концу июня 1942 года ситуация для защитников Севастополя стала катастрофической. 26 июня немецкие войска начали прорыв в Инкерманскую долину. 28 июня части 50-й немецкой дивизии форсировали реку Чёрную и вторглись в Инкерман . Стало очевидно: штольни вот-вот будут захвачены противником вместе с гигантским арсеналом.
Руководство обороной приняло решение: склады боеприпасов подорвать. Задача была возложена на группу подрывников под командованием воентехника 2-го ранга Павла Саенко — начальника складского хозяйства .
Историк Владимир Карпов, сам фронтовик, в своей книге «Полководец» приводит подробный рассказ Саенко. По его словам, опытным путём определили длину бикфордова шнура. Для верности у штабелей боеприпасов установили дублирующие мины с часовым механизмом. Ждали, когда из Инкермана отойдут оборонявшие его части 25-й стрелковой дивизии и появятся немцы .
Саенко оставил у себя нескольких добровольцев: старшего техника-лейтенанта Палея, красноармейцев Кондрашова, Брюшко и Гаврилюка. Остальных отправили в тыл. По команде подожгли бикфордовы шнуры, и подрывники бросились бежать прочь от штолен .
В ночь с 29 на 30 июля (по некоторым данным, около 2:30 ночи) прогремел взрыв чудовищной силы. Гору Шампань раскололо, окрестности покрылись белым слоем известняковой пыли. Грохот слышали даже в Симферополе . Генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн, командовавший 11-й армией вермахта, позднее писал в мемуарах: «Когда наши войска ворвались в Инкерман, вся скала за населённым пунктом задрожала от чудовищной силы взрыва. Стена высотой тридцать метров обрушилась на протяжении трёхсот метров» .
Кто погиб под завалами?
Главный вопрос, до сих пор вызывающий ожесточённые споры: были ли в штольнях в момент взрыва люди? Если да, то кто именно и сколько?
Немецкая пропаганда сразу же использовала случившееся. 5 июля 1942 года коллаборационистская газета «Голос Крыма» вышла со статьёй «Невиданные злодеяния большевиков в Инкермане»: «1 июля отступавшие от Инкермана большевистские войска взорвали эти подвалы, не обращая внимания на находившихся там стариков, женщин, детей и тяжело раненых красноармейцев» .
Манштейн в своих мемуарах также пишет о трагедии, рисуя картину чудовищного, по его мнению, фанатизма большевиков, готовых пожертвовать своими же людьми. По оценкам немецкой стороны, под обломками погибло около двух тысяч человек .
Однако свидетельства выживших жителей Инкермана, которые давали показания комиссии по расследованию злодеяний нацистов после освобождения Севастополя, рисуют несколько иную картину. Супруги Константин и Евдокия Сухинские, Антон Гапличный и Анна Забияка рассказывали: с приходом немецко-румынских захватчиков в Инкерман всем, прятавшимся в штольнях, было приказано освободить их. Этот приказ успела выполнить лишь небольшая часть людей. А затем, по их словам, «немецкие мерзавцы, перепившись, подожгли штольни». Они слышали «душераздирающие крики, плач, вопли о помощи», а после пожаров видели множество обгоревших трупов .
Итак, существуют три версии произошедшего. Первая: советские войска подорвали склады, уже эвакуировав гражданских, а взрыв просто перекрыл выходы, замуровав боеприпасы в недрах скалы. Вторая: в штольнях оставались люди, и взрыв был осуществлён сознательно, несмотря на это. Третья: основной урон гражданским и раненым нанесли не взрыв, а последовавшие за ним действия немцев — пожары и газовые атаки.
Неразорвавшееся наследство
В любом случае, ясно одно: взрыв не уничтожил боеприпасы полностью. По официальным данным, на момент подрыва в штольнях хранилось около девяти тысяч тонн взрывчатки . Сдетонировала лишь часть. По некоторым оценкам, в обрушенных коридорах осталось не менее трёх тысяч тонн снарядов и мин .
С 2006 года, когда начались плановые работы по разминированию, сотрудники МЧС обнаружили и уничтожили десятки тонн взрывоопасных предметов . В 2015–2016 годах правительство РФ выделяло по 40 миллионов рублей на окончательную очистку штолен, но деньги оставались неосвоенными . И сегодня территория взорванных штолен огорожена колючей проволокой и охраняется круглосуточно . Доступ туда закрыт — слишком велика опасность.
За обрушившейся стеной до сих пор лежит около пятисот вагонов боеприпасов, которые ждут своего часа . И пока военные историки спорят о количестве жертв и степени вины сторон, реальность такова: Инкерманские штольни остаются одной из самых взрывоопасных точек в Крыму, а вопрос о том, что именно произошло в июне 1942 года, так и не получил окончательного ответа.
