Альфред Лисков: что случилось с немецким перебежчиком, предупредившим о войне
Накануне самой страшной войны в истории человечества произошёл эпизод, который до сих пор вызывает споры историков. Немецкий солдат, переплывший пограничную реку, чтобы предупредить Советский Союз о скором нападении, стал пешкой в большой политической игре. Его предупреждение не спасло страну от катастрофы, а его собственная судьба оказалась трагичной и загадочной.
Последний мирный вечер
21 июня 1941 года, в субботу, около девяти часов вечера, на участке Сокальской комендатуры, что севернее Львова, советские пограничники 90-го пограничного отряда задержали человека, переплывшего Западный Буг . Им оказался ефрейтор 222-го сапёрного полка вермахта Альфред Лисков .
Перебежчик был немедленно допрошен. То, что он сообщил, не укладывалось в голове: на рассвете 22 июня германские войска должны перейти границу и начать наступление . Пограничники доложили информацию начальнику войск Киевского военного округа, а также в штаб армии в Луцке. Начальник штаба Киевского военного округа генерал-лейтенант Пуркаев в свою очередь передал сообщение в Москву .
Почему он это сделал
Лисков объяснил свой поступок идейными соображениями. Он происходил из рабочей семьи из Кольберга, его родители ненавидели Гитлера и его режим . До войны он состоял в полулегальной германской коммунистической организации «Союз красных фронтовиков», где считался слишком радикальным .
«Для нас СССР — дружественная страна, и мы не хотим воевать с советскими людьми. В Германии много таких семей. Они не хотят войны с вами», — говорил он на допросе . О том, что его ждёт семья — жена, ребёнок, родители, — он, по-видимому, не задумывался .
Роковое опоздание
Информация Лискова дошла до Сталина, но слишком поздно. По воспоминаниям маршала Жукова, вождь согласился привести войска в боевую готовность . Однако реальность оказалась иной: директива о приведении войск западных приграничных округов в боевую готовность была отправлена в войска лишь в 0:30 ночи 22 июня, когда время было уже упущено .
Лисков сообщил о времени начала вторжения — 4 часа утра . Немецкая артиллерия открыла огонь в 3:15 . Получается, что информация о задержании перебежчика поступила в Москву в 3:10 — менее чем за час до начала бомбёжки .
В советской историографии долгое время утверждалось, что предупреждение Лискова было проигнорировано. Так, Никита Хрущёв в своём докладе на XX съезде партии заявлял, что «сигнал остался без внимания» . Однако, как выяснилось позже, это не совсем так: сообщение было передано по инстанциям, но время было безвозвратно утеряно.
Пропагандист и жертва системы
Начало войны подтвердило правоту Лискова. Судьба перебежчика круто изменилась: его стали активно использовать в советской пропаганде. Газета «Правда» 27 июня 1941 года опубликовала его фотографию, рассказ и листовку с призывом к германским солдатам переходить на советскую сторону . Он должен был стать живым доказательством того, что «немецкий солдат не хочет воевать против советского народа» .
Однако его активная позиция сыграла с ним злую шутку. Вскоре Лисков вступил в конфликт с руководством Коминтерна — Пальмиро Тольятти, Дмитрием Мануильским и Георгием Димитровым . Он обвинил их в предательстве истинных идеалов коммунизма и в том, что они «работают на нацистов» . Ответ последовал незамедлительно: сам Димитров обвинил Лискова в фашизме и антисемитизме .
В январе 1942 года перебежчик был арестован НКВД. На допросах у него проявлялись признаки психического расстройства — было ли это реальным или симуляцией, осталось неизвестным . В июле 1942 года его реабилитировали и отправили в Сибирь .
Исчезновение
Дальнейшая судьба Альфреда Лискова окутана мраком. Считается, что он погиб при невыясненных обстоятельствах под Новосибирском в конце 1943 года . Однако в списках расстрелянных его имя не значится . Существует версия, что Сталин лично отдал приказ о казни немецкого перебежчика за «дезинформацию», хотя неясно, идёт ли речь именно о Лискове .
Его история — это трагедия человека, попытавшегося сделать то, что считал правильным, но оказавшегося между двумя тоталитарными системами. Для нацистской Германии он стал предателем, приговорённым заочно к смерти, а его семья подверглась допросам в гестапо . Для Советского Союза он оказался слишком неудобной фигурой — сначала его использовали как пропагандистский инструмент, а затем уничтожили за то, что он посмел быть не просто марионеткой, а человеком с собственными убеждениями.
