«Советский солдат — благородный солдат»: почему афганцы так вспоминают «шурави»
Прошло почти сорок лет с того февральского дня 1989 года, когда последняя колонна 40-й армии перешла мост через Амударью. Война, которую в Советском Союзе долго называли «выполнением интернационального долга», а на Западе — «советским Вьетнамом», осталась в прошлом. Но в самом Афганистане память о «шурави» — советских солдатах — оказалась на удивление живучей. Сегодня, когда страна пережила несколько гражданских войн, американскую оккупацию и возвращение запрещённого в России движения «Талибан», афганцы всё чаще вспоминают советских военных не как оккупантов, а как людей, которых было за что уважать. Согласно опросам, около 90 процентов населения Афганистана вспоминают шурави с уважением, даже если в те годы они были в числе их противников. В чём же причина такой парадоксальной ностальгии по бывшим врагам?
Слово, ставшее медалью
Для начала стоит разобраться в самом слове. «Шурави» — это не прозвище и не кличка. Это экзоним, то есть внешнее название, которое дали советским гражданам сами афганцы. С языка дари «шурави» переводится просто — «советский». Сначала так называли гражданских специалистов, которые работали в Афганистане с 1950-х годов, а позже — военнослужащих 40-й армии. Но со временем смысл слова в афганском обществе изменился. Сегодня назвать кого-то «шурави» — это всё равно что вручить ему медаль за отвагу. «По обычаям современного Афганистана назвать кого-то „шурави“ — это все равно что вручить человеку медаль за храбрость. Смысл этого слова подразумевает уважение к тем, кто изначально считался врагом, но впоследствии стал восприниматься абсолютно иначе», — говорит один из сотрудников волгоградского ОМОНа, побывавший в Афганистане. Это слово стало паролем, знаком принадлежности к особому братству — «Слово „шурави“ на постсоветском пространстве звучало как пароль — значит, ты свой и тебе можно доверять», — вспоминает афганец Николай Гладкий.
«Нас было сто пятьдесят — их было пять»
Но уважение к бывшему противнику не возникает на пустом месте. Афганцы — народ воинственный, и они умеют ценить мужество. Именно воинские качества советских солдат стали первой и, пожалуй, главной причиной того, что «шурави» запомнили с уважением. Один из бывших моджахедов, воевавший против советских войск, вспоминал: «Нас было сто пятьдесят человек. Нам нужно было пройти в долину. На высоте по дороге засели шурави. Мы точно знали — их там пять человек. Мы вначале пошли напрямую. Застрочил пулемёт. Мы в обход. Там тоже нас встречает пулемёт. Мы с трёх сторон к высоте. Так нас с трёх сторон поливают пулемётным огнём. И так шесть дней! Шесть дней мы не можем прорваться в долину. Потеряли сто человек. Наконец на седьмой день на высоте кончились патроны. Мы добираемся до высоты. Там пятеро молодых солдат. Каждому из них двадцати ещё нет. Голодные — у них еда пять дней назад кончилась. Без воды двое суток. Еле держатся. А смотрят волками! Готовы загрызть заживо! Я посмотрел на них, сказал: „Всё, шурави. Читайте молитву!“ И все пятеро сомкнулись, взялись за руки и стали в ряд. Мужчины! Мы их накормили, напоили, перевязали раны, на следующий день дали им в руки их оружие, и я сказал: „Шурави, я хотел бы, чтобы мои сыновья были такие же, как вы. А теперь идите“. И они ушли. Но никто из них за всё время не оглянулся назад! Вот противник!..» Эта история, рассказанная самим афганцем, — не пропагандистский лозунг, а живое свидетельство. В ней нет места политике — только восхищение стойкостью и мужеством. Другой ветеран, Владимир Ерсак, вспоминал, что тридцать лет спустя бывшие противники встречали его с улыбками, объятиями и чаем. «Афганцы говорят, что это была честная война. И когда я сказал, что девиз нашего полка: „Сила и честь“, панджшерцы сказали: „И мы за это же!“»
Дороги, больницы и тоннель через Саланг
Но одним мужеством сыт не будешь. Второй — и, возможно, ещё более важной — причиной уважения к «шурави» стала та помощь, которую Советский Союз оказал Афганистану в мирной жизни. Афганцы помнят не только бои, но и то, что советские специалисты построили в их стране. «Буквально каждый афганец знает, что московские метростроевцы прорубили знаменитый ныне тоннель через перевал Саланг, что советские строители создали сеть автодорог, электрическую систему Афганистана, десятки крупных промышленных предприятий, школ, больниц. А советские геологоразведочные партии открыли крупнейшие месторождения полезных ископаемых», — отмечает генерал-майор Сергей Печуров, военный аналитик, много лет изучавший Афганистан. Советские военные не только воевали — они раздавали хлеб голодным, лечили больных, строили школы и госпитали. «Мы кормили, лечили, защищали афганский народ, а не просто „хозяйничали, как оккупанты“, как писалось об этом в прессе во времена перестройки», — с горечью говорит ветеран Андрей Липилин. Один из афганцев, воевавший против «шурави», признался: «СССР не вёл себя как оккупант. Ваши геологи разработали сотни газовых месторождений…» Эта память о конкретных делах оказалась прочнее любой пропаганды.
«Носил автомат на ремне»: честь и достоинство
Третья причина — то, как советские солдаты вели себя по отношению к мирному населению. Здесь афганцы проводят особенно резкий контраст между «шурави» и теми, кто пришёл после них. «Советский солдат — благородный солдат, всегда носил автомат на ремне. А эти пробираются по деревне „цепочкой“ — в шлемах, в бронежилетах, оружие наизготовку», — приводит слова одного из бывших моджахедов издание «Русская семерка». В этом простом наблюдении — целая философия. Советский солдат шёл по афганской деревне с автоматом на плече — оружие не было наставлено на людей, оно не было готово к немедленному выстрелу. Американские солдаты, напротив, входили в деревню с оружием наизготовку, в полной боевой экипировке, готовые стрелять в любого, кто покажется подозрительным. Для афганца, для которого гость в доме — почти священная фигура, это имело огромное значение. «Вели себя как мужчины», — говорят афганцы о советских солдатах.
Помощь, о которой помнят
Четвёртая причина — та конкретная, осязаемая помощь, которую советские военные оказывали простым людям. Это не абстрактные «интернациональные задачи», а хлеб, розданный голодным, раны, перевязанные в полевых госпиталях, дети, которым подарили ботинки. «Вспоминает Андрей, как голодные афганцы подходили к советским солдатам и просили хлеба. Ребята раздавали им булки, которые тут же разрывались на куски и съедались голодными людьми. Настолько милосердна была душа наших солдат…» Один из ветеранов, А. Гирс, вспоминал эпизод, когда офицер отдал афганскому мальчишке пару ботинок: «Две грязные ручонки машут нам вслед. А за треском двигателей слышим: „Эй, якши шурави! Рахмат!“ — („Хорошие шурави, спасибо!“)» Такие эпизоды — не единичные случаи, а повседневная практика советских солдат, для которых помощь местному населению была частью их миссии.
Американцы как антипример
Пятая причина, которая, возможно, объясняет нынешний масштаб уважения к «шурави», — это контраст с американцами. Когда в 2001 году в Афганистан пришли войска НАТО во главе с США, многие афганцы — в том числе бывшие моджахеды — с удивлением обнаружили, что «шурави» были не так уж плохи. Американцы обещали мир и демократию, но принесли хаос и разруху. «Что касается американцев, то они вели себя как настоящие оккупанты: врывались в дома, устраивали ночные обыски, задерживали людей без объяснения причин. После них отношение к „шурави“ изменилось — в народе заговорили, что „шурави бехтаре“, то есть „советские лучше“», — отмечается в материалах, посвящённых восприятию «шурави» в современном Афганистане. Один из бывших моджахедов признался: «О, я люблю „шурави“. Воевал против вас… Нам объясняли — едва неверные „шурави“ уйдут, мы станем жить в богатстве и счастье». Прошло время, и многие из тех, кто воевал против советских войск, признали, что их обманули. И именно на фоне этой горечи память о «шурави» приобрела ностальгический оттенок.
Почему это важно сегодня
История уважения к «шурави» — это не просто исторический курьёз. Это важный урок о том, как память о войне формируется не только пропагандой, но и реальными делами. Советские солдаты в Афганистане не были ангелами — война есть война, и на ней гибли люди с обеих сторон. Но они оставили после себя дороги, больницы, школы и тоннель через Саланг. Они вели себя как мужчины — и афганцы это запомнили. Сегодня, когда в Афганистане снова неспокойно, слово «шурави» остаётся одним из немногих положительных символов в памяти афганского народа. И это, пожалуй, самый убедительный ответ на вопрос, почему афганцы так вспоминают «шурави» — потому что они были благородными солдатами.
