Какие русские фамилии на самом деле финно-угорские
Мы привыкли делить фамилии на «русские» и «нерусские» по очень простому принципу: если окончание похоже на -ов/-ев/-ин, значит, русская. Но язык — штука куда более хитрая, чем кажется. В Верхнем Поволжье, в Ярославской, Костромской, Ивановской, Владимирской областях, веками жил народ меря — финно-угорское племя, которое ещё в летописях упоминалось рядом с весью и муромой. Меря растворилась в славянском населении, но оставила после себя топонимы, диалектные слова и — что самое интересное — фамилии. И некоторые из них сегодня носят люди, которые искренне считают себя коренными русскими.
Почему это вообще возможно
Меря — не миф и не выдумка краеведов. Это исторический народ, живший в Волго-Окском междуречье, в районе Ростова Великого, Переславля-Залесского, Костромы. Летописи упоминают мерю в связи с событиями IX–XI веков, а потом она исчезает со страниц хроник. Но исчезнуть со страниц — не значит исчезнуть физически. Археология, топонимика и антропология давно говорят о том, что мерянское население не было уничтожено и не ушло на восток. Оно постепенно слилось с пришлыми славянами, передав им свои обычаи, названия рек и деревень — и свои имена, от которых потом образовались фамилии .
Проблема в том, что мерянский язык не сохранился. Мы не можем прочитать на нём ни одной фразы. Всё, что у нас есть, — это реконструкции, основанные на сравнении с другими финно-угорскими языками: марийским, мордовскими, коми, удмуртским, финским. Именно поэтому работа по расшифровке мерянских фамилий — это всегда гипотеза, пусть и обоснованная. Авторы, которые ею занимаются, честно оговариваются: мы переводим мерянские имена, используя современные финские языки, и не всегда можем быть уверены на сто процентов .
Как звучат мерянские корни
Самый известный пример — фамилия Кокорев. Она кажется абсолютно русской, даже с налётом простонародности. Но её основа — мерянское слово «кокыр», «кокорь», означавшее «полкопейки» или «грош». В документах XV–XVI веков встречается Андрей Борисович Кокорь, от которого и пошли Кокоревы . Другой пример — Кокуев. Здесь корень связан с финским «кокко» — праздничный костёр, а имя Кокуй давалось в честь Иванова дня, который в народной традиции слился с языческими обрядами .
Есть фамилии, восходящие к названиям животных. Колмаков — от мерянского «кол», рыба . Киктев — от «кик», полевая мышь . Кисаев — от «киса», синица . Это не прозвища в русском смысле, а отголоски древних тотемных имён, которые давались членам рода, чьим покровителем считалось то или иное существо.
Шумаков, Шумалкин — от «шум», что по-мерянски означало «сердце», «сердечный». Человек с таким именем был «душевным», «добрым» . Шураков — от «шур», «грязь», «нечистый», но в мифологическом контексте это слово могло обозначать и «чёрта», и «лешего», что делало имя не оскорблением, а скорее защитным прозвищем . Щигин — от «шига», «леший» .
Коми и удмуртские следы
Не только меря оставила след в русских фамилиях. На северо-востоке, в Пермском крае, в Республике Коми, ситуация не менее интересная. Фамилия Коснырев — чисто коми происхождения: «кос ныр» означает «сухой нос», то есть «худой, тощий человек» . Кызыоров — «кыз юр», «толстый лоб», то есть Толстолобов в дословном переводе . Мусанов — не от тюркского имени Муса, как можно подумать, а от коми «муса», «милый, любимый» . Моторин — не от слова «мотор», а от коми «моторный», «проворный, быстрый» .
Удмуртские фамилии, которые сегодня носят многие русские в Удмуртии, тоже хранят финно-угорские корни. Гондырев — от «гондыр», медведь . Чорыгов — от «чорыг», рыба . Юберов — от «юбер», скворец . Пислегин — от «пислег», синица . Это классические примеры того, как фамилия, звучащая для русского уха нейтрально, на самом деле является калькой с финно-угорского имени или прозвища.
Осторожность не помешает
Здесь важно сделать оговорку, без которой любой разговор о финно-угорских фамилиях превращается в фантазию. Не всё, что звучит «не по-русски», имеет финно-угорское происхождение. В Поволжье и на Урале веками жили тюркские народы — татары, башкиры, чуваши. Их имена и прозвища тоже вошли в русские фамилии, и различить финно-угорский слой от тюркского иногда очень трудно. Фамилия Ямашев, например, может быть и тюркской, и финно-угорской по происхождению в зависимости от региона, где она зафиксирована . Мерянский словарь, составленный энтузиастами, включает имена, которые могли быть заимствованы у соседей — и это нормально для любого живого контакта культур .
Кроме того, многие «финно-угорские» фамилии на поверку оказываются русскими прозвищами, просто случайно совпавшими по звучанию с финскими словами. Этимология — наука строгая, и совпадение звуков ещё не доказывает родства.
Что это меняет
Для человека, который узнаёт, что его фамилия, возможно, имеет мерянские или коми корни, это не меняет ничего юридически. Но меняет кое-что в ощущении истории. Русские в центральной России — не просто славяне, пришедшие на пустые земли. Они — потомки тех, кто жил здесь до них, смешался с ними, передал им свои реки, свои тропы, свои имена. Фамилия Кокорев или Шумаков — это не «русская» или «финно-угорская» в чистом виде. Это и то и другое одновременно. Как и сам народ, который её носит.
