История

«Право первой ночи» в России: как русские крестьяне могли избежать «процедуры»

2020-07-31 16:00:13

Как и в странах Западной Европы, «право первой ночи» существовало на Руси с древних времен. Феодалы пользовались привилегией лишать невинности дочерей своих холопов и крепостных крестьян по своему усмотрению. Впрочем, у многих новобрачных была возможность избежать этой «процедуры», достаточно было лишь заплатить своеобразный налог, который назывался «выводная куница».

«Выводная куница»

Вообще, древний обычай, связанный с «правом первой ночи» беспокоил еще легендарную княгиню Ольгу. Об этом говорится в статье доктора экономических наук Татьяны Семенковой «Роль Великого княжения Владимира (980-1015 годы) в становлении династии Рюриковичей», которая опубликована в сборнике «Актуальные вопросы современной науки» (Новосибирск, 2014 г.). Исследовательница описала различные налоги и сборы, которые ввела в подконтрольных землях бабушка князя Владимира I Святославича.

«Были приняты меры и для "умягчения нравов", такие как отмена "права первой ночи". Она ввела выкуп – так называемый "кузничный сбор", который жених вносил князю, за право не отдавать невесту своему хозяину в первую брачную ночь», – так охарактеризовала Т. Г. Семенкова реформы, инициированные княгиней Ольгой.

Очевидно, в древние летописи, на которые ссылается доктор экономических наук, вкралась небольшая ошибка, и речь идет не о кузничном (при чем здесь кузнец?), а о куничном сборе. Не случайно на Руси жениха часто сравнивали с соболем, а невесту – с куницей. Мехом этих животных застилали ложе молодых во время свадебных торжеств. Вот и налог, который крестьяне платили помещику, чтобы избежать известной «процедуры», аллегорически назывался «выводная куница».

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, изданный в Санкт-Петербурге в 1890-1907 годах, дает такое определение данному сбору: «пошлина, которая платилась при заключении брака и шла в пользу светских властей…». Обычно «выводную куницу» платили княжескому наместнику, а позднее – помещику. Причем, размер налога часто зависел от того, в каком селении живет жених. Если он принадлежал другому барину, то размер выводной куницы заметно возрастал. В этом случае помещик выдавал отцу или дяде крепостной невесты особый документ, дающий девушке право выйти замуж за крестьянина, принадлежащего другому дворянину. Имеется в виду так называемое выводное письмо.

Примечательно, что императрица Екатерина II своим Манифестом о свободе предпринимательства от 17 марта 1775 года отменила взимание выводной куницы за женщин, относящихся к сословию государственных крестьян. Но помещики продолжали пользоваться своим правом на получение денег за каждую невесту (а то и «правом первой ночи») вплоть до отмены крепостного права, случившейся в 1861 году.

Кстати, свою пошлину с новобрачных получала и православная церковь. Помимо выводной куницы родственники девушки, выходящей замуж, платили еще и «новоженный убрус» – налог, собираемый священнослужителями.

Произвол помещиков

В XVII веке, когда в России начался процесс полного закабаления крестьян, «выводная куница» стала одним из государственных инструментов, позволяющих контролировать перемещение женской части населения. Если девушка выходила замуж в соседний уезд или волость, то это фиксировалось в документах. 19 статья XI главы Соборного Уложения 1649 года обязала помещиков выдавать крестьянкам отпускные грамоты (выводные письма), в которых указывался размер «выводной куницы».

Вообще, светские и церковные власти, к их чести, не одобряли помещиков, пользующихся «правом первой ночи», но реально ничего не предпринимали. Часто богатые дворяне творили со своими крепостными девушками и женщинами все, что хотели. А зависимые от пожертвований барина церковные приходы просто закрывали глаза на происходящее. Светским властям тоже не было никакого дела до страданий каких-то девок и их женихов.

Вся русская литература XVIII-XIX веков буквально пронизана историями о произволе помещиков, которые зачастую были основаны на реальных событиях. Порой мужчин, вступавшихся за своих дочерей, невест или жен, ожидала жестокая расправа. Помещик мог приказать запороть несчастного до смерти или отправить в солдаты на 25 лет.

Известный писатель Шапи Казиев в своей книге «Повседневная жизнь восточного гарема» (Москва 2006 г.) отметил бесправное положение русских женщин во времена крепостничества.

«Де-юре гаремов на Руси не было, но де-факто в них состояла значительная часть женского населения. Безграничная власть позволяла хозяевам делать со своими крестьянами все, что им заблагорассудится. Феодальное право первой ночи существовало не только в Европе, но и цвело пышным цветом на необъятных российских просторах. Сенные девушки и прочие крестьянки и заикаться не смели о каких-либо правах, покорно исполняя прихоти господ», – написал Ш.М. Казиев.

Впрочем, среди русских помещиков встречались и порядочные люди, не желавшие растлевать невинных девушек. А некоторые дворяне были просто не способны регулярно совершать подобные «процедуры». Они предпочитали «взять деньгами». То есть, получить с крестьян «выводную куницу».

Размер налога

Многие разрешения на брак или выводные письма, выданные помещиками крестьянским девушкам, не сохранились. Но в церковных архивах исследователи находят интересные документы, способные пролить свет на размер «выводной куницы». Доктор исторических наук Марина Черкасова посвятила данной теме статью «"Выводная куница" и "отпускные выводные" памяти на замужество в XVI-XVII вв.», которая опубликована в сборнике научных трудов «Образы аграрной России IX-XVIII вв.» (Москва, 2013 г.).

Исследовательница обратила внимание на частые упоминания о различных денежных и натуральных дарах, которые представители феодала получали на крестьянских свадьбах. Например, в документах Воскресенского Иверского монастыря, датированных XVII в., упоминается пошлина «за стол прикащичий», она равнялась стоимости следующих продуктов: калач, хлеб, окорок мясной и ведро хмельного напитка. А несколькими веками ранее княжеский тиун, посетивший крестьянскую свадьбу, получал, например, запеченного гуся и блюдо с пирогами.

Впрочем, сбором выводной куницы тоже занимались представители феодала, ведь сам хозяин обычно не утруждал себя административно-хозяйственными делами. Так, соловецкий игумен Филипп Колычев в 1548 году записал, что приказчик брал с каждого брака между местными крестьянами один алтын, а размер выводной куницы, если девушка выходила замуж за пределы владений, составлял целых два алтына.

«В одной крестьянской росписи свадебных издержек за 1698 г. были учтены: рубль "вывода", венечная гривна и расходы на стол…», – сообщила М.С. Черкасова.

То есть, помещик получил с родителей девушки, не желавших реализации «права первой ночи», один рубль, священнику за венчание молодых была выплачена одна гривна, оставшиеся сбережения семьи пошли на покупку продуктов для свадебного угощения. Сложно не заметить, что размер выводной куницы доминировал в структуре расходов. И родители покорно платили барину, лишь бы не отдавать ему свою дочь на утеху.

Они же не заплатили

Русские крестьяне делились не только на помещичьих и государственных, некоторые из них принадлежали монастырям, обрабатывая земли местных епархий. Так, в 1655 г. архимандрит Серапион и келарь Селивестр из Спасо-Прилуцкого монастыря судили двух своих крестьян, проживавших в местечке с живописным названием Лоптуновский ключ (под Вологдой). Эти мужчины взяли в жены двух девушек, принадлежавших боярину Петру Лазареву и его пожилой матушке – старице Улите. При этом выводная куница за крепостных крестьянок выплачена не была.

Возмущенный боярин П.Д. Лазарев обратился к монастырским властям с требованием наказать виновных и возвратить ему крестьянок, де-юре считавшихся беглыми. В ходе разбирательства выяснилось, что монастырь из своей казны выдал женихам 12 рублей 8 алтын и 2 деньги, чтобы они заплатили боярину причитающиеся деньги за двух невест. Но обвиняемые эти средства просто присвоили.

В итоге, мужьям пришлось, все же, раскошелиться, а некий Офонька Иванов, являвшийся сватом на обеих свадьбах, был оштрафован монастырскими властями на целых три рубля, поскольку должен был уследить за выплатой выводных денег, но отнесся к своим обязанностям халатно.

Замуж выходила вдова

Обычно выводную куницу помещику выплачивали родители или другие родственники невесты, хотя барин мог потребовать деньги и с жениха, как это показано выше. Если у девушки не было отца, дяди, опекуна или совершеннолетнего брата, то челобитную с просьбой разрешить дочери выйти замуж могла подать мать или другая родственница.

Иногда вдовы сами выплачивали выводную куницу за разрешение вступить в новый брачный союз, лично получая отпускное письмо у помещика. В этих случаях женщина выступала как субъект права, а не как его объект.

Кстати, за женщину, выходящую замуж за крепостного, мог заплатить его барин, поскольку после свадьбы помещик фактически приобретал еще одну пару рабочих рук.

Например, 24 января 1653 года руководству Спасо-Прилуцкого монастыря подала челобитную некая крестьянка, ранее вышедшая замуж за местного мужчину. Причем, при заключении брака монастырь заплатил помещику за нее 6 рублей 4 алтына и 1 деньгу. Затем эта женщина овдовела и снова собралась замуж – на этот раз за крестьянина, принадлежащего соседнему барину. И тот внес за нее в монастырскую казну всего 2 рубля. То есть, заключая второй брак, женщина стала как бы дешевле, более чем в три раза.

Интересно, что с мужчины, пожелавшего жениться во второй или третий раз, светские и церковные власти требовали больше денег на «новоженный убрус» и «выводную куницу», чем с брачующегося юноши.

русская семёрка в инстаграме

Добавить комментарий

Чтобы оставить комментарий необходимо
Читайте также:
Рекомендуемые статьи