История

Каких женщин на Руси не осуждали за «блуд»

2021-05-16 09:00:29

Тема интимных взаимоотношений в русских селах прошлых веков малоизучена. Церковные источники старательно избегали любого упоминания об этой стороне жизни народа, кроме осуждения. Тем не менее, женщины в старину считались более распущенными, нежели мужчины. Но как бы ни были строги нравы прошлого, тяжелая жизнь накладывала свой отпечаток на устоявшиеся моральные нормы. Иногда общество закрывало глаза на нарушение патриархального порядка.

Неравные права

Блуд – добрачное или внебрачное сожительство, равно как и прелюбодеяние – супружеская измена, в рамках традиционной русской культуры считались тяжелым грехом как для женщины, так и для мужчины. Однако к нравственному облику женщин требования предъявлялись значительно строже. В своей книге «Жизнь русской женщины. Невеста, жена, любовница» профессор Н. И. Пушкарева отмечает, что, несмотря на отраженное в средневековых кормчих книгах формально равное право супругов требовать расторжения брачных уз в случае измены, на деле женщине было куда сложнее избавиться от неверного мужа, чем самой поплатиться за «чюжеложьство». Так, для мужа прелюбодеянием обычно считалось наличие побочной семьи – постоянной любовницы и детей от нее, тогда как жену легко было записать в «прелюбодеицы» даже за единичный случай интимной связи на стороне. При этом простить согрешившую с другим супругу крестьянин не имел права – его за такую «мягкотелость» осуждали и взимали денежный штраф в пользу Церкви. Прелюбодеек в русских деревнях били «смертным боем», затем нагими запрягали в оглоблю или привязывали к телеге и гнали кнутом по улице.

Падение нравов

Как пишет доктор исторических наук, профессор В.Б. Безгин в своей статье «Русская деревня конца XIX – начала XX века: грани крестьянской девиантности», нарушение целомудрия незамужними деревенскими девушками также осуждалось среди крестьян, хотя и в меньшей степени, чем среди семейных. Уличенным в блуде «гулящим девкам» мазали ворота дегтем, отрезали косы, обливали платья купоросом и острой водкой, завязывали рубаху на голове и голыми по пояс гнали по селу. В то же время согрешившим до брака возлюбленным было легче уговорить родителей дать согласие на венчание, и такое случалось нередко. Как правило, такую поспешность в крестьянских общинах склонны были оправдывать: «Царь не волен в ветрах, а человек в своей плоти».

Что же касается прелюбодеяний, то этнографические источники дореволюционной России утверждают, что «нарушения супружеской верности очень редки в селах», равно как и сожительство, не узаконенное венчанным браком. Однако существуют и другие свидетельства, оспаривающие нерушимость брачного обета в русской крестьянкой среде. Так, например, шведский пастор Г. Седерберг, наблюдавший быт русской деревни в 1710-е годы, писал, что супружеские измены здесь дело весьма обыкновенное, «исключая случаи, когда мужнюю жену совсем увезут и возьмут в сожительство». Печально известна и практика снохачества (сожительства свекра с женами своих сыновей), особенно распространившаяся в XVIII—XIX веках, после того, как молодые крестьяне были вынуждены на долгий срок уходить в рекруты или на отхожие промыслы. Согласно отчетам Святейшего Синода, нравственные устои в русской деревне к концу XIX – началу XX века изрядно пошатнулись, в результате чего возросло число случаев незаконного сожительства и внебрачных детей (хотя оно и оставалось значительно ниже, чем в городах). Так, например, если среди городских новорожденных в 1898 году внебрачных было 9%, то в деревнях и селах всего 0,7%. Однако, как отмечает В.Б. Безгин, процент городских бастардов пополнялся также за счет крестьянок, уезжавших рожать в город, чтобы избежать позора.

Исключения из правил

Несмотря на то, что распутство замужних женщин в деревнях всегда подвергалось резкому осуждению, односельчанки довольно легко закрывали глаза на прелюбодеяния среди так называемых «солдаток» – женщин, чьих молодых супругов призывали в армию уже вскоре после свадьбы, и которые вынуждены были оставаться «соломенными вдовами» по нескольку лет подряд. Согласно данным В.Б. Безгина, «солдатки» не преследовались общиной за измену, а их незаконнорожденные дети пользовались такими же правами, как и законные. Также серьезной причиной, по которой замужней женщине община могла простить прелюбодеяние, было раннее вдовство или половое бессилие мужа.

Хотя профессиональной проституции в русской деревне не существовало, вдовы и солдатки, в основном, составляли контингент сельских женщин, которые легко могли согласиться на оказание половых услуг за подарки и вознаграждения. То же относилось и к крестьянкам, отправлявшимся на сторонние заработки к зажиточным землевладельцам или прислуживавшим в барских домах. Пользуясь своим положением, помещики и «кулаки» не стеснялись заводить себе наложниц среди зависимых от них крестьянок, а иногда имели даже целые неформальные гаремы. По наблюдениям публициста С. Шашкова, на севере России среди крестьянской бедноты распространены были случаи, когда в сексуальное услужение к приказчику или состоятельному землевладельцу своих жен отправляли сами мужья и брали за это плату. Среди городских проституток в конце XIX века также большинство составляли представительницы бедного крестьянского сословия (более 47%), при этом чаще всего они относились к бывшей домашней прислуге.

Добавить комментарий

Чтобы оставить комментарий необходимо
Читайте также:
Рекомендуемые статьи