Мощи Ярослава Мудрого: как они могли оказаться у американцев
2023-04-30 11:28:49
Кириллица

Гибель крейсера «Варяг»: какие остались вопросы

Гибель крейсера «Варяг» вошла в историю российского флота как героический подвиг наших моряков. Современный взгляд на это событие рисует не столь однозначную картину и свидетельствует о том, что у капитана были варианты выхода из ситуации.

Шаткое положение

Бронепалубный крейсер «Варяг» под командованием капитана 1-го ранга Всеволода Руднева и канонерская лодка «Кореец» под началом капитана 2-го ранга Георгия Беляева в январе 1904 года оказались в заливе корейского порта Чемульпо неслучайно. В то время Маньчжурия и Корея входили в сферу геополитических интересов Российской Империи. По сути, оба корабля выполняли функцию стационеров – то есть, обеспечивали присутствие российского флага.

На доминирование в этом регионе претендовали также США, Великобритания, Франция, Италия и императорская Япония. Но именно последняя представляла для интересов России реальную угрозу. Поскольку дипломатический статус Кореи в возможном противостоянии Петербурга и Токио был неясным, то на российских моряков возлагалась миссия по защите российского посольства, размещавшегося в Сеуле. В распоряжении наших военных было транспортное судно «Сунгари», находившееся также в корейских водах.

24 января 1904 года Япония объявила о разрыве с Россией дипломатических отношений. Однако Руднев получил эту информацию на несколько дней позже и не от своих, а от иностранных кораблей, так как японские военные успешно блокировали все телеграммы, шедшие из российского посольства в Сеуле. По мнению историков, узнай Руднев об этом вовремя, он вполне мог отвести корабли в безопасную зону.

Так или иначе, капитан незамедлительно отправился в Сеул, чтобы получить от российского посланника указания о дальнейших действиях. Ответ мало что прояснил. Руднев понял, что полагаться может лишь на себя. Он все же желает получить какие-либо вразумительные разъяснения и отправляет «Кореец» в Порт Артур – тихоокеанскую базу военно-морского флота России. Однако тихоходный корабль, дававший не более 13 узлов в час, предсказуемо был настигнут японской эскадрой и, приняв на полпути бой, был вынужден повернуть назад.

Без шансов на успех

В ночь на 27 января 1904 года восемь японских миноносцев провели торпедную атаку кораблей российского флота, стоявших на внешнем рейде Порт-Артура. Это событие сделало войну между двумя державами неизбежной. В то же самое время командующий японской эскадрой контр-адмирал Сотокити Уриу получил приказ атаковать русские корабли, находящиеся в нейтральной зоне близ корейского порта, о чем были оповещены капитаны всех судов, стоявших на якоре в Чемульпо.

Еще до захода японских военных судов в гавань штурман Беренс, предвосхищая бесперспективность сражения, предложил Рудневу вывести все три российских судна – «Варяг», «Кореец» и «Сунгари» – на портовый фарватер и затопить их, тем самым перекрыв японской эскадре доступ в порт. Экипажи, по мнению Беренса, должны были пробиваться в Маньчжурию сухопутным путем через Корею и Китай. Вскоре Руднев приказал судам покинуть Чемульпо, но не для затопления, а для того, чтобы дать японцам бой.

В этой ситуации опытный капитан действовал в соответствии с Морским Уставом 1720 года, который не предполагал иных действий, как принять бой, даже перед лицом превосходящих сил противника. Он наверняка знал о печальной участи экипажа фрегата «Рафаил», который в 1829 году капитулировал перед турками. После возвращения из турецкого плена почти все офицеры были преданы суду и казнены.

«Варяг», оснащенный шестидюймовыми орудиями, имел мало шансов против восьми– и десятидюймовых пушек японских крейсеров «Асама», «Нанива» и «Такашихе». Одним залпом японская эскадра могла пустить на дно все русские корабли. Ход боя лишь подтвердил преимущества японцев. При этом адмирал Уриу, рассматривая «Варяг» в качестве потенциального трофея, приказал стрелять преимущественно осколочными снарядами. Это наносило серьезный урон живой силе, но оставляло минимальные повреждения на корпусе судна. Русские моряки напротив стреляли бронебойными, но, согласно рапорту японского контр-адмирала, почти все выстрелы прошли мимо цели.

Попавшие под шквальный огонь «Варяг» и «Кореец» стали спешно отступать в сторону порта. Канонерка, прикрывая крейсер, все же смогла потопить преследовавший их японский миноносец, вызвать пожар на флагмане «Асама», а также вывести из строя еще два вражеских крейсера. Однако прижавшись к гавани российские корабли оказались в западне. Руднев вынужден был решиться на единственный, по его мнению, верный шаг. Он приказал открыть на «Варяге» кингстоны: вода хлынула в трюмы и чрез три часа крейсер завалился на левый борт.

«Кореец», практически не получивший повреждений, был взорван, а «Сунгари» подожжен. Итогом непродолжительной битвы крейсера «Варяг» стали 31 убитый и 86 тяжелораненых русских моряков. «Кореец» потерь избежал. С помощью иностранных судов экипажи российских кораблей были эвакуированы на берег.

Рождение легенды

Капитан Руднев тем не менее опасался, что его могут отдать под суд, так как он не имел права выходить из порта Чемульпо без приказа. Кроме того, он не знал, как в Петербурге могут быть расценены действия по уничтожению судов. И действительно, некоторые высокие чины первоначально настаивали на привлечении Руднева к ответственности. Однако от наказания его спас дальнейший ход событий в русско-японской войне.

В последующие дни базировавшаяся в Порт-Артуре русская эскадра потеряла 9 кораблей, не оказав японскому флоту никакого сопротивления. На этом фоне действия «Варяга» и «Корейца» стали восприниматься как подвиг и моральная победа. О геройстве русских моряков писала зарубежная пресса, в Германии о них слагали стихи и песни. В этой ситуации власти не имели морального права на какие-либо санкции в отношении офицеров «Варяга» и «Корейца».

Вместо ожидаемого порицания моряки получили боевые награды – страна в этот сложный момент нуждалась в героях. Руднева после непродолжительного следствия произвели в контр-адмиралы, однако следом за этим отправили на пенсию. Единственным наказанием для него стал запрет на посещение собраний военно-морского министерства. Последние годы Руднев провел в своем имении в Тульской губернии, где и скончался в 1913 году.

Только 23 декабря 1911 года останки русских моряков, погибших на «Варяге» и скончавшихся в японском плену, были переданы в Россию и на следующий день захоронены на морском кладбище Владивостока. Пятью годами позднее крейсер «Варяг» был выкуплен у Японии и отправлен на капитальный ремонт и модернизацию в один из британских доков. Однако полностью оплатить работы в разгар Первой мировой Россия не могла. Пришедшие к власти большевики продали ржавеющий «Варяг» Германии. При переходе его выбросило на скалы у берегов Ирландии, позднее судно распилили на части и отправили в сталеплавильные печи Ливерпуля.

Непоследовательное поведение

В действительности итоги миссии русской эскадры в Чемульпо были не столь позитивны. «Варяг» вместе с ценной документацией был затоплен на малой глубине, и японцам не составило труда его поднять. После небольшого ремонта он пополнил ряды военно-морского флота Страны восходящего солнца под именем «Соя».

Японская комиссия, отвечавшая за поднятие «Варяга», пролила свет на некоторые факты, о которых в Петербурге знали лишь со слов Руднева. Так уход с места боя русский капитан объяснял намерением выйти из-под обстрела для тушения пожара и небольшого ремонта. Японцы же никаких серьезных повреждений и очагов пожара не судне не обнаружили. Кроме того, японские специалисты подсчитали количество залпов, которые совершили палубные орудия «Варяга» – 160. Это при том, что Руднев сообщал о 425 израсходованных снарядах.

Решение затопить, а не взорвать корабль Руднев объяснил опасностью повредить суда иностранных держав, стоявших на якоре в Чемульпо, однако почему-то в случае с подрывом «Корейца» таких опасений не возникло. Не смог Руднев дать вразумительный ответ на вопрос, почему он не затопил крейсер на большей глубине, с которой у японцев не было бы шансов его поднять.

Современные исследователи полагают, что Руднев вообще мог избежать столкновения с японской эскадрой, так как ультиматум, присланный контр-адмиралом Уриу, был ничем иным, как провокацией, направленной на то, чтобы вынудить русского капитана совершать необдуманные действия. Нормы международного права и нейтральный статус Чемульпо гарантировали «Варягу» и «Корейцу» безопасность, но для этого Рудневу нужно было заручиться поддержкой крейсеров иностранных держав.

В своем рапорте Руднев указал на то, что командир английского крейсера «Тэлбот» Левис Бейли поднимался на борт «Нанивы» и заявлял Уриу, что откроет огонь по любому японскому судну, нарушившему нейтралитет Чемульпо. Почему капитан «Варяга» не воспользовался поддержкой британской эскадры — неизвестно.

Вызывает у исследователей недоумение и самоубийственный вызов, который Руднев бросил японским военным судам, которые превосходили русские силы и в количестве (2 корабля против 9), и в боеспособности. Вполне возможно, что план Руднева заключался в том, чтобы погибнуть с честью в неравном бою. Но зачем тогда командир «Варяга» в разгар сражения повернул назад? Этот вопрос до сих пор остается открытым.

Читайте наши статьи на Дзен

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: