Нина Коровякова: последняя страсть Брежнева
В последние годы жизни Леонида Ильича Брежнева, когда здоровье генсека стремительно ухудшалось, а страной фактически правил уже не столько человек, сколько аппарат, рядом с ним постоянно находилась женщина. Нина Александровна Коровякова, медицинская сестра по должности, была для Брежнева гораздо большим, чем просто сиделка. Она стала его доверенным лицом, его утешением, его последней привязанностью — и, как считают некоторые, его личным ангелом смерти.
Фаворитка в белом халате
Коровякова появилась в Кремле в 1975 году. Ей было около сорока — возраст, когда женщина расцветает окончательно. Фигуристая брюнетка с ясными глазами и ослепительной улыбкой сразу привлекла внимание генсека, которому тогда перевалило за шестьдесят. До этого Нина Александровна работала в поликлинике №4 при Главном медицинском управлении — заведении, обслуживавшем высшую номенклатуру.
Она была не просто медсестрой. Брежнев брал ее с собой в заграничные поездки, обеспечил квартирой, дарил дорогие подарки. Обращался только по имени — «Нина». Все остальные, даже многолетние соратники, называли ее по имени-отчеству. Она присутствовала на обедах генсека с членами Политбюро, при обсуждении государственных вопросов, знала секреты, недоступные большинству партийных чиновников. Ее статус был уникален — и порождал слухи.
В кулуарах шептались: Коровякова не просто медсестра, она — последняя любовь Брежнева.
Призрак фронтовой романтики
Те, кто знал молодого Брежнева, замечали удивительное сходство. Нина Александровна напоминала генсеку его фронтовую возлюбленную Тамару — полкового врача, с которой он служил в годы войны. Роман был ярким, но недолгим: ради семьи и карьеры Брежнев расстался с Томой. И вот, спустя десятилетия, судьба послала ему женщину, как две капли воды похожую на ту, потерянную навсегда.
«Голые женские дуэли» в Российской империи: что это было
Коровякова делала массаж, облегчала старческие боли, вникала в проблемы, слушала жалобы. Она была не просто сиделкой — она была подругой, наперсницей, живым напоминанием о молодости. По словам самой Нины Александровны, Брежнев настолько привязался к ней, что даже заговаривал о женитьбе. Сделать это было невозможно — женатый статус и должность не позволяли. Но чувства были неподдельными.
Снотворное для генсека
Однако любовь эта имела и темную сторону. В последние годы Брежнев страдал бессонницей. Личный врач Михаил Костырев, опасаясь за слабое сердце пациента, отказывался выписывать снотворные препараты. Тогда Коровякова взяла инициативу в свои руки.
Откуда она брала сильнодействующие средства — до сих пор неизвестно. Многие годы она снабжала Брежнева таблетками, к которым у него быстро развилась зависимость. Кардиологи били тревогу: снотворное разрушало сердце, усугубляло и без того тяжелое состояние.
После смерти Брежнева в Политбюро циркулировали слухи, что Коровякова была агентом Андропова, специально приставленным к генсеку, чтобы ускорить его уход. Доказательств этому нет, но логика аппаратной борьбы допускала и не такие комбинации.
Разлука, ставшая смертным приговором
В конце концов приближенные настояли на удалении Коровяковой. Её перевели в столовую Главного управления — диетсестрой, подальше от генсека. Брежнев тяжело переживал расставание. Он постоянно спрашивал о Нине, тосковал, терял интерес к происходящему.
Многие заметили: после ухода Коровяковой генсек резко сдал. Состарился в одночасье. А через несколько месяцев его не стало.
Так что же убило Брежнева — снотворное, которым его снабжала медсестра, или разлука с единственным человеком, который дарил ему тепло в последние годы? Вопрос остается открытым. Как открытым остается и вопрос о том, кем на самом деле была Нина Коровякова — последней любовью или агентом влияния, орудием в аппаратной игре.
Нина Александровна Коровякова дожила до пенсии, работая диетсестрой. О своих отношениях с генсеком рассказывала скупо, больше намеками, чем прямыми признаниями. Но одну фразу она все же обронила, и она стоит многих томов мемуаров: «Он хотел на мне жениться».
Хотел ли? Мог ли? И что помешало — статус, семья, долг или кто-то третий, кому живой Брежнев был уже не нужен?
История последней любви генсека — это история о том, как личное и политическое переплетаются в кремлевских коридорах, где у каждого шага есть последствия, а у каждой улыбки — цена. И где даже простая медсестра может оказаться роковой женщиной, меняющей судьбу сверхдержавы.
