Предки людей с какими фамилиями были каторжанами

Фамилия человека — это зашифрованное послание из прошлого. Она может указать, откуда родом предки, чем они занимались, как выглядели, а порой — и какую судьбу им уготовило государство. В истории заселения Урала и Сибири фамилии стали своеобразной летописью, запечатлевшей трагедии ссыльных, подвиги первопроходцев и социальные бури минувших эпох.

На Урал и в Сибирь: государственная политика заселения

Исторически сложилось, что Зауралье заселяли не только вольные казаки и крестьяне, искавшие лучшей доли, но и те, кого на новую землю отправляло государство принудительно. Каторжане, ссыльные, раскольники-староверы — все они внесли свой вклад в освоение огромного края.

Многие из них, оказавшись на новом месте, предпочитали забыть прежние фамилии, чтобы начать жизнь с чистого листа. А у некоторых вольных переселенцев в XVI–XVII веках официально зафиксированных антропонимов просто не существовало.

Как отмечает доктор юридических наук Станислав Кузьмин в статье «Каторга и ссылка Российского государства: начало XVIII – середина XIX века» (журнал «Ведомости уголовно-исполнительной системы», №8, 2018), на первых порах в Сибирь направляли только приговоренных к смертной казни. Позже поток расширился: почти всех «смутьянов и разбойников» отправляли за Урал, иногда вместе с женами и детьми.

География ссылки была обширна. Мужчины попадали на Нерчинские заводы, Карийские золотые прииски, Иркутскую солеварню, уральские рудники и зарождающиеся металлургические производства, на Сахалин. Женщин часто направляли на Иркутскую суконную фабрику или для обслуживания военных крепостей — русских форпостов в Зауралье.

Ссылка как таковая, без каторжных работ, появилась лишь при Екатерине II, во второй половине XVIII века.

Их лишали фамилии

Процесс закрепления фамилий за низшими социальными слоями в Сибири и на Урале имел свои мрачные особенности. Большинство каторжан лишались прежних антропонимов. Переходя в статус людей, отверженных обществом и государством, они теряли связь с прошлым. Родственники забывали о них — сосланный преступник как бы умирал в социальном смысле. Да и с каторги практически никто не возвращался.

Именно поэтому судьба известного российского гидрографа и навигатора Федора Соймонова (1692–1780) по-настоящему уникальна. Он сумел вернуться с Охотских соляных приисков, куда его сослала императрица Анна Иоанновна. О верном соратнике своего отца помнила Елизавета Петровна — вскоре после восшествия на престол она приказала разыскать Соймонова и объявить о помиловании.

Найти сосланного адмирала оказалось делом непростым. Каторжане лишались фамилий на месте отбывания наказания. Писатель-маринист Владимир Шигин в книге «Герои русского парусного флота» (Москва, 2011) воспроизводит эту ситуацию:

«На каторге нет фамилий, здесь у каждого своя кличка. Одного зовут Васька-Каин, другого, кто на дорогах разбойничал, Митяй-Кистень, Соймонова величали Федькой-варнаком. Он не обижался – каторга есть каторга».

«Варнак» на сибирском диалекте — «каторжник, ссыльный». Существовал и женский вариант — «варначка».

Такая была официальная политика властей: сосланных обозначали в документах лишь по именам и отчествам. В Зауралье они обретали новые прозвища, которые со временем превращались в фамилии. Поэтому на вопрос лейтенанта Чекина, разыскивавшего адмирала-каторжанина, сам помилованный ответил: «Да, был некогда Фёдор Соймонов, но теперь он несчастный Федька Иванов!»

О непростом прошлом предков сегодня могут свидетельствовать фамилии Каторжанин (Каторжников), Варнаков (Варначкин), а также Безродный, Бесфамильный, Непомнящий…

Колоритные прозвища

Фамилиями ссыльных часто становились их прозвища, которые сегодня назвали бы блатными кличками. Разбойник мог именоваться Кистеневым, Тесаковым, Гасиловым, Молотиловым, Соловьевым. Вор — Копейкиным, Грошиным, Рублевым. Убийцу — Душиловым, Давилиным, Резаковым.

Иногда уральцы и сибиряки давали каторжанам прозвища, непонятные жителям Европейской России. Они отражали местный быт и реалии:

• Кошовкин — от «кошовка» (небольшие сани)

• Кулемин — от «кулема» (ловушка на соболя)

• Хохоряшкин — от «хохоряшки» (бытовая мелочь)

• Унтайкин — от «унтайки» (унты, меховая обувь)

• Шубенкин — от «шубенка» (меховая рукавица)

Подобных характерных фамилий за Уралом множество: Тепляков (тепляк — женская шубка), Теплушников (теплушник — трава для банных мочалок), Снискин (сниска — рыбацкое приспособление), Обечайкин (обечайка — деревянное покрытие кровли), Котов (коты — кожаная обувь).

Разумеется, не у всех людей с такими колоритными фамилиями предки были ссыльными или каторжанами, но чаще всего это именно так.

Фамилии с географией

Известный лингвист, специалист по ономастике Владимир Никонов в книге «География фамилий» (Москва, 1988) отметил: по одним лишь антропонимам можно проследить историю колонизации Зауралья.

Многие ссыльные получали прозвища по названиям тех мест, откуда были родом. Так появились Астраханцевы, Вяткины, Вологжанины, Калугины, Колмогоровы, Новгородцевы, Ладогины, Москвитины, Черкашины.

Помимо уголовных преступников и политически неугодных, на Урал и в Сибирь часто отправляли военнопленных. Поскольку они были иностранцами, в их фамилиях сохранилась память о родине предков. Поэтому в Зауралье часто встречаются Литвиновы, Чудиновы, Немчиновы, Валахины, Шведовы.

Многие каторжане брали фамилии, связанные с местом отбывания наказания или видом деятельности: Нерчинские, Иркутские, Невьянские, Солеваровы, Рудокоповы, Островские (в честь Сахалина), Угольщиковы, Золотомоевы, Камнерезовы.

По виду наказания

Как отмечает историк С. И. Кузьмин, перед отправкой на каторгу многие осужденные за тяжкие преступления подвергались жестоким, калечащим наказаниям. Это делалось, чтобы ссыльных можно было легко отличить от остальных граждан — куда бы ни пошел человек с вырванными ноздрями, он не мог скрыть, что он каторжник. В XVIII веке эти наказания заменили клеймением: на лбу или щеке выжигали букву «К» (каторжник) или «В» (вор).

На основании таких примет люди получали прозвища, которые впоследствии становились фамилиями: Беспалых, Клейменовы, Карнаухины, Безносовы, Слепцовы, Безбегловы.

Некоторые фамилии возникали от орудий наказания: Дыбины, Розгины, Батоговы, Кошкины (кошка — плеть с металлическими крючьями).

Лишь бы не Демидовы

Фамилии каторжан отличаются от крестьянских еще одним важным признаком: ссыльный люд никогда не именовался в честь владельца предприятия, на котором приходилось трудиться. Если в Европейской России крепостных часто записывали под фамилией помещика, то на Урале и в Сибири происходило обратное. Даже если среди каторжан и были Демидовы, они отказывались от такого антропонима, чтобы не иметь ничего общего с известным кланом.

Кандидат филологических наук Елена Иванова в статье «Имена основателей уральской промышленности на карте Урала» (журнал «Филологический класс», №2, 2019) отмечает: в середине XVIII века клан Демидовых владел 34 заводами на Среднем Урале — целым ведомством с населенными пунктами, приисками, рудниками, пристанями и дорогами.

«Судя по имеющимся историческим источникам, на территории Демидовых мальчиков не называли именем Демид. Простые люди, особенно заводские рабочие, ненавидели Демидовых и не хотели аналогий с фамилией заводовладельцев», — пишет исследовательница.

Несмотря на то, что промышленники часто принимали на работу беглецов всех мастей, скрывавших свои настоящие фамилии, никто из них не стал называться в честь хозяев. Списки рабочих и жителей Среднего Урала вплоть до XX века не содержат ни одного Демида, ни одного Демидова.

Причина — в жестокости основателей династии, вызывавшей у людей лишь негативные эмоции. То же самое относится и к другим известным уральским кланам: Яковлевым, Лугининым, Строгановым, Турчаниновым, Мосоловым, Осокиным.

Фамилии уральцев и сибиряков хранят память о тех, кто ценой неимоверных страданий осваивал новые земли. Они — живая история, в которой судьбы людей, клейма палачей и воля к жизни сплелись в одно слово, передающееся из поколения в поколение. И сегодня, услышав фамилию Варнаков или Клейменов, Солеваров или Островский, стоит помнить: за ней может стоять целая эпопея выживания на краю империи.