Почему женщины на Руси никогда не пили
Стереотип о вечно пьющем русском человеке прочно осел в западной литературе. Голштинский посланник Адам Олеарий в XVII веке писал, что русские «более привержены к пьянству, чем любой другой народ мира». Только вот незадача: почти за сто лет до него другой иностранец, Сигизмунд Герберштейн, в своих «Записках о московитских делах» даже не упоминает о пьянстве среди русских. Да и сам Олеарий, осуждая московитов, почему-то не замечал, что в его родной Европе мужчины и женщины ежедневно проводили время в трактирах без всякого ограничения.
Но есть один факт, который разрушает этот стереотип окончательно. Наши предки, оказывается, прекрасно знали толк в трезвости. И особенно это касалось женщин.
Женский «сухой закон» по-русски
В России всего сто лет назад женщины были абсолютными трезвенницами, свидетельствует этнограф Оплетин. И дело не в том, что алкоголя не было. Напитков хватало: варили пиво, изготовляли брагу и квас, медовуху. Но потребление их строжайше регламентировалось.
Женщинам в русских кабаках делать было нечего – их туда попросту не пускали. Даже в знаменитом средневековом «Домострое» было черным по белому прописано: «У жены решительным никогда никоим образом хмельного питья бы не было: ни вина, ни мёда, ни пива, ни угощений». И это не просто рекомендация, а жёсткая норма.
Питье хранилось в погребе на леднике, а жене дозволялось только «бесхмельная брага и квас – и дома, и на людях». Кстати, даже если в гости приходили другие женщины, справиться о здоровье, им тоже «хмельного питья не давать». Сплошная солидарность и никаких послаблений.
Практический смысл сурового запрета
Наши предки были не дураки. Уже тогда они догадывались об особенностях воздействия спиртного на женский организм. Более того – подвижность женской психики намного выше мужской, что в сочетании с алкоголем давало порой непредсказуемые результаты.
Но главное – репродуктивная функция. О здоровье потомства заботились свято. Употребление спиртного женщиной, особенно в период беременности и кормления, могло нанести непоправимый вред будущему поколению. Пьянство не считалось социально приемлемым, а пьющая мать – это был нонсенс, противоречащий самой природе крестьянского быта.
Хранительница очага
Но был и ещё один, куда более прозаический резон. Женщина на Руси была хранительницей семейного очага. На ней держалось всё хозяйство, она должна была воспитывать детей. Попробуйте представить крестьянку, которая после чарки хмельного меда пытается доить корову, ставить квашню или управляться с ухватом в русской печи.
Как бы она стала это делать, будучи нетрезвой? Она бы просто утратила свою роль жены и матери. А утрата эта означала развал семьи, голод и разруху. Слишком высокая цена за сиюминутное удовольствие.
Петровские послабления
Впрочем, с приходом Петра I многое изменилось. Император, прорубивший окно в Европу, привёз оттуда не только моду на табак и ассамблеи. Именно он разрешил употреблять водку дамам – правда, по праздникам. Но даже после этого всеобщей вакханалии не случилось. Традиция оказалась сильнее указа.
Патриархальный уклад жизни оставлял мало места алкогольным излишествам. Пьянящие напитки дозволялись только зрелым мужчинам, да и то в очень ограниченном количестве, лишь по особым случаям – на княжеских пирах или братчинах, и непременно сопровождались обильной трапезой.
Итог: трезвость как норма
Так что образ пьяной Руси, который так старательно рисовали иностранные путешественники, – это не более чем лубочная картинка, где нет места женщине с чаркой. Наши предки подходили к вопросу выпивки с утилитарной суровостью. Алкоголь был ритуальным и мужским делом. Для женщин же существовал квас, и это было не лишением, а нормой жизни.
Современная статистика, кстати, лишь подтверждает мудрость предков. Сегодня, когда число злоупотребляющих алкоголем женщин растёт, а около 80% представительниц слабого пола начинают регулярно употреблять спиртное в возрасте от 16 до 29 лет, мы всё чаще задумываемся: а может, старые обычаи были не так уж и плохи?
