Почему кремлевские шеф-повара боялись Раису Горбачеву
Анатолий Галкин — живая легенда Кремля. Повар, начавший карьеру при Брежневе и ставший личным шеф-поваром Горбачева и Ельцина, готовил для королевы Великобритании и космонавтов. Но даже он, профессионал высочайшего уровня, признавался, что страшнее надписи «Плюс Раиса Максимовна» в кремлевской кухне ничего не было.
«На твое усмотрение, плюс Раиса Максимовна»
Эта фраза в резолюции Михаила Горбачева была настоящим приговором для команды поваров. Михаил Сергеевич был любопытным: он пробовал всё, что подавали на званых ужинах в Европе. Но Раиса Максимовна не ела почти ничего из того, что выносили на официальных приемах. Повара боялись не крика — они боялись ее безмолвного взгляда на тарелку, где неправильно лежала пенка от кофе.
Кулинарный иллюзионизм
Особую сложность создавали зарубежные визиты. Команда поваров везла с собой всё: от продуктов до емкостей с водой, а банкеты превращались в отрепетированные спектакли, где официанты ходили строго по заданным маршрутам.
Главной проблемой была экзотика. Если в Париже подавали лягушачьи лапки, Галкину приходилось осваивать профессию иллюзиониста. Пока все гости наслаждались деликатесами, в тарелку первой леди подкладывали отварную курицу. «Раиса Максимовна, скажу честно, никогда не ела лягушек, змей, прочей экзотики», — вздыхал Галкин.
Кофе, достойный принцессы
Кофе готовили по особому восточному рецепту. Пенку снимали трижды, аккуратно укладывали в чашку, и только потом по бортику наливали сам напиток. Разрушить пенку для Раисы Максимовны означало испортить ей настроение на весь день. А она, в свою очередь, гарантированно портила настроение всем окружающим.
Диета как философия
Ее отношение к еде было аскетичным до маниакальности. Она признавалась, что и сама бы не отказалась от жареной картошки с салом, но не могла себе этого позволить. Она постоянно сидела на диете и следила за весом мужа с фанатизмом фитнес-тренера. На завтрак ей требовалось до пяти видов каш, и она собственноручно раскладывала еду по тарелкам утром.
Характер и кастинг на кухню
Требовательность Горбачевой определялась тем, что она считала себя не просто женой, а настоящим политическим партнером мужа. Александр Корбаков, помощник генсека, вспоминал, что для работы в доме искали «работящих и молчаливых» женщин, но главное условие было другим: они не должны были выглядеть моложе или привлекательнее Раисы Максимовны. Текучесть прислуги была колоссальной — первая леди раздражалась из-за любого пустяка.
Никто не мог угадать, будет ли Раиса Максимовна в хорошем расположении духа и не отправит ли обед обратно на кухню. Самые разные слухи ходили и о Михаиле Сергеевиче, в том числе и о его любви к выпивке, однако его супруга жестко ограничивала его в алкоголе, предпочитая для мужа «легкие» грузинские вина.
Страх перед идеальной тарелкой
Подменить лягушку курицей было полдела. Гораздо сложнее — угадать, понравится ли первой леди сегодня каша, или она снова останется голодной, глядя, как ее муж пробует паштет из соловьиных языков. Именно эта непредсказуемость и внутренняя невероятная требовательность превращали фразу «на усмотрение Раисы Максимовны» в самый страшный кошмар кремлевской кухни.
