Владимир Познер: что делал отец известного журналиста во Вторую мировую войну
Имя Владимира Познера знает каждый, кто хоть раз включал телевизор. Его острые интервью, пронзительный взгляд и бескомпромиссная манера вести диалог давно стали визитной карточкой отечественной журналистики. Но куда менее известна судьба его отца — Владимира Александровича Познера, человека с биографией, достойной шпионского романа. Рассекреченные в 1990-х годах документы подтвердили: отец знаменитого журналиста был советским разведчиком. И его история — это не просто семейная хроника, а срез целой эпохи, где любовь к родине, эмиграция, война и шпионаж переплелись в тугой узел.
Петербургское детство и парижская юность
Владимир Александрович Познер родился 24 октября 1908 года в Санкт-Петербурге. Его отец, Александр Владимирович Познер, и мать, Елизавета Викторовна, владели знаменитой 2-й Петербургской студией фотографии, которая располагалась у Аничкова моста. Казалось, жизнь семьи была прочно устроена, но грянула революция.
В 1922 году, когда Владимиру-младшему было 14 лет, семья Познеров покинула советскую Россию. Сначала они перебрались в Германию, а затем обосновались во Франции. В Париже Владимир Александрович получил блестящее образование: окончил русско-французский лицей и университет.
Карьера молодого человека складывалась более чем успешно. Он устроился главным инженером в европейский офис легендарной американской кинокомпании Metro-Goldwyn-Mayer (MGM). Его супруга, француженка Жеральдин Люттен, работала в другой киноимперии — Paramount Pictures. В 1934 году в Париже родился их первенец, которого назвали в честь отца — Владимиром.
Казалось, семья прочно обосновалась в Европе, но надвигающаяся война круто изменила их судьбу.
Доброволец французской армии
Когда в 1939 году началась Вторая мировая война, Владимир Познер-старший не остался в стороне. Он вступил добровольцем в ряды французской армии как специалист по авиации. Для русского эмигранта, выросшего во Франции, это был естественный шаг — защищать страну, ставшую ему второй родиной.
Однако судьба распорядилась иначе. В мае — июне 1940 года гитлеровские войска стремительно оккупировали Францию. После поражения французской армии и установления коллаборационистского режима Виши Познер был демобилизован в августе 1940 года.
Оказавшись на оккупированной территории, Владимир Александрович оказался в смертельной опасности. Он никогда не скрывал своих просоветских и прокоммунистических симпатий, а его еврейское происхождение делало его мишенью для нацистов. Оставаться во Франции было невозможно.
Бегство через всю Европу
Познеры бежали из оккупированного Парижа осенью 1940 года. Путь был полон опасностей. Владимир Александрович сумел выбраться на территорию режима Виши по поддельным документам, дав при этом большую взятку офицеру гестапо. Вместе с ним ехала дочь одной еврейской семьи из Чехии, которую он выдал за гувернантку своего сына.
Дальше — через Испанию, где его чуть не арестовал франкистский жандарм. Спасло лишь то, что жандарм не разбирался в литературе и не обратил внимания на книгу «Воспоминания кардинала де Реца» в чемодане Познера. Затем — Португалия, и наконец пароход до США. В 1941 году семья оказалась в Нью-Йорке.
«Платон»: советский разведчик в американском министерстве
В Америке Познер-старший быстро восстановил карьеру. Он стал руководителем киностудии MGM-International и был принят в американскую киноэлиту. Однако за блестящей внешней биографией скрывалась тайная жизнь.
Примерно в 1943 году Владимира Александровича завербовала советская разведка. Этому способствовало сразу несколько факторов. Во-первых, его отец, Александр Владимирович Познер, к тому времени стал гражданином СССР. Во-вторых, сам Владимир Александрович был убеждённым патриотом Советского Союза. Он искренне верил в коммунистические идеалы и считал своим долгом помогать исторической родине.
Нью-йоркская резидентура КГБ присвоила Познеру кодовое имя «Платон». В шифровке, отправленной в центр, содержалась просьба проверить «Платона» и санкционировать его использование в качестве «стажёра» и источника информации.
И здесь начинается самое удивительное. В 1943 году Познер возглавил «русскую» секцию отдела фильмокопий в министерстве обороны США. То есть он, советский агент, работал на высшей должности в американском военном ведомстве, имея доступ к секретной информации. Он передавал важные сведения советской разведке, находясь в постоянной связи с Луизой Бранстен.
Расплата и возвращение
После окончания Второй мировой войны в США началась антисоветская истерия. Эпоха маккартизма обрушилась на всех, кто был заподозрен в симпатиях к коммунизму. Познера вычислили. Его уволили из MGM, он попал в чёрные списки.
Спасение пришло оттуда, откуда он его, вероятно, и ждал, — из Советского Союза. В 1948 году Познер уехал из США в Восточный Берлин, где получил руководящую должность в компании «Совэкспортфильм». В 1950 году он получил советский паспорт, а в 1952 году вместе с семьёй переехал в Москву.
Владимир Александрович Познер скончался 31 июля 1975 года в Москве. Он был похоронен на Кунцевском кладбище. Его прах покоится на той земле, за которую он, рискуя жизнью, воевал вдали от родины, в американском министерстве обороны.
Тайна, ставшая явью
Долгие годы о деятельности Владимира Александровича Познера не знал никто — ни друзья, ни коллеги, ни даже его собственные дети. Вся информация о его работе на советскую разведку была строго засекречена. Лишь в 1990-х годах, после рассекречивания архивов, правда стала достоянием общественности.
Сам Владимир Владимирович Познер, по его собственным признаниям, узнал о том, чем на самом деле занимался его отец во время войны, только спустя многие годы. В своей книге «Немецкая тетрадь» он предположил, что после войны американская контрразведка вычислила его отца, и именно в связи с угрозой ареста ему поступило предложение от советской стороны перебраться в Восточный Берлин.
История отца Владимира Познера — это не просто шпионский детектив. Это судьба человека, разорванного между двумя мирами. Он родился в Российской империи, вырос во Франции, работал в Америке, а служил — Советскому Союзу. Он был патриотом без родины, который нашёл её там, где считал нужным. Его биография — это зеркало той сложной, противоречивой эпохи, когда идеология значила больше, чем национальность, а верность принципам могла стоить жизни. И сегодня, глядя на его знаменитого сына, ведущего острые политические передачи, стоит помнить: корни этой неуёмной энергии и бескомпромиссности — в судьбе человека, который 80 лет назад, рискуя всем, передавал секреты Пентагона в Москву под кодовым именем «Платон».
