Саморазогревающаяся тушенка: секрет консервной банки, изобретенной Евгением Федоровым
Казалось бы, что может быть проще консервной банки? Жестяная тара, в которую упакована тушенка, верно служит армии и туристам уже полтора века. Но мало кто знает, что еще в конце XIX века русский изобретатель придумал банку, которая сама себя разогревает. И это не фантастика — технология работала, и ее применяли на фронтах Первой мировой войны.
Проблема, которую решил инженер Евгений Федоров, была для военных буквально жизненно важной. Солдатам на передовой полагался горячий обед, но разогреть консервы можно было только на костре. Дым от костров выдавал расположение войск противнику, делая позиции отличной мишенью для артиллерии и снайперов. Федоров предложил изящное решение: сделать так, чтобы пища грелась сама — без пламени, дыма и лишнего шума.
Инженер самолетов и консервных банок
Интересно, что саморазогревающаяся банка была вовсе не главной специальностью Евгения Степановича Федорова. Он окончил Петербургское военно-инженерное училище, преподавал там же и считался одним из активнейших членов Русского технического общества. Его основной страстью были летательные аппараты.
В 1895 году Федоров спроектировал самолет-пятиплан, который поднимался в воздух как воздушный змей на привязи. Он вложил собственные деньги в строительство этой машины, однако испытать ее так и не удалось. Авиация осталась его несбывшейся мечтой. Зато куда более скромное изобретение, сделанное два года спустя, оказалось по-настоящему востребованным. В 1897 году Федоров предложил конструкцию жестяной банки с двойным дном. В образовавшийся зазор помещались негашеная известь и вода, изолированные друг от друга. Стоило солдату повернуть днище, как перегородка разрушалась — вещества смешивались и вступали в экзотермическую реакцию. Банка нагревалась, а вместе с ней — и тушенка внутри.
Окопное меню
Первая мировая война стала временем, когда консервы в России обрели массовое применение. Как отмечает Леонид Беловинский в «Энциклопедическом словаре истории советской повседневной жизни», армия превратилась в главного заказчика консервных заводов. В стандартную банку входил фунт тушенки — суточная норма мяса для нижних чинов. На этикетке инструкция гласила: вскрыть штыком, разогреть и съесть из банки.
Однако с разогревом в полевых условиях были проблемы. Именно тогда командование вспомнило об изобретении Федорова. С 1915 года саморазогревающиеся банки начали ограниченными партиями поступать в действующую армию. Изобретение оценили прежде всего разведчики и диверсанты. В своих мемуарах генерал Андрей Шкуро, который в годы Первой мировой командовал отрядом пластунов на Кавказском фронте, с благодарностью вспоминал тушенку с автоподогревом. Она не раз выручала бойцов в турецких тылах — быстро, сытно, и главное, без демаскирующего дыма от костра.
В одной банке умещалось как мясо, так и гарнир — например, каша или картофель. Но даже в таком виде автоподогрев был несовершенен: как отмечают исследователи, грелась только сама банка, да и то неравномерно.
Исчезновение чудо-банки
Казалось, успех изобретения обеспечен. Но массового распространения саморазогревающаяся тушенка так и не получила. Причин несколько. Евгений Федоров умер в 1909 году, не успев оформить патент. Это означало, что любой производитель мог копировать его конструкцию без лицензионных отчислений, но в условиях войны это был скорее плюс. Главная беда случилась позже: революция 1917 года и последовавшая Гражданская война разрушили промышленность. Производство уникальных консервов сошло на нет.
В годы Великой Отечественной советские солдаты о существовании федоровской тушенки уже почти не помнили. Зато, по свидетельству ряда исследователей, немецкая армия активно использовала аналогичные банки. По одной из версий, нацисты попросту скопировали изобретение русского инженера, которое им наверняка попадалось в годы Первой мировой.
Забытое, но не потерянное
Саморазогревающиеся консервы Федорова остались лишь эпизодом в военной истории — почти легендой, подтвержденной мемуарами и архивными записями. Идея оказалась гениальной, но время для нее было неподходящим. Слишком много потрясений обрушилось на страну в первой половине XX века, и до технологического совершенствования этой полезной вещи просто не дошли руки. Сегодня беспламенные подогреватели пищи вернулись в виде сухих пайков и армейских рационов, но принцип, заложенный сто с лишним лет назад русским инженером, по-прежнему восхищает своей простотой. Он придумал банку, которая умела греться сама, — и если бы не исторический хаос, возможно, именно Россия стала бы родиной массовых «самогреющихся» обедов для армии и туристов.
