Константин Черненко: что он делал во время Великой Отечественной войны

Имя Константина Черненко в истории нашей страны прочно ассоциируется с коротким, чуть более года, периодом его нахождения на посту Генерального секретаря ЦК КПСС в середине 1980-х. В сознании многих он остался пожилым, больным человеком, занявшим высший пост лишь потому, что в Кремле не нашлось другой компромиссной фигуры после скоропостижной кончины Андропова. Но мало кто вспоминает, чем занимался этот уроженец сибирской деревни в годы самой страшной войны XX века. Между тем его деятельность в 1941–1945 годах была хоть и не связана с передовой, но имела значение для огромного тылового региона.

В красноярском закулисье

Когда грянула Великая Отечественная, Черненко было уже за тридцать. К тому времени он прошёл армейскую школу: в начале 1930-х служил в пограничных войсках в Казахстане, участвовал в ликвидации басмаческих банд, вступил там в партию. После демобилизации полностью посвятил себя партийной карьере в Красноярском крае. Именно там, в глубоком сибирском тылу, его и застала война.

С 1941 по 1943 год Черненко занимал должность секретаря Красноярского крайкома ВКП(б). Это была серьёзная позиция, предполагавшая огромную ответственность. Край, находившийся в тысячах километров от линии фронта, стал одной из главных опор страны. Сюда эвакуировали заводы, сюда отправляли раненых, отсюда на запад уходили составы с хлебом, лесом и оружием. Вся эта гигантская машина требовала постоянного партийного контроля.

Книги вместо винтовки

Главным фронтом Черненко стала не передовая, а пропаганда. Как секретарь по идеологии, он отвечал за то, чтобы тыл не падал духом, чтобы рабочие у станков верили в победу, а колхозники — выполняли планы по поставкам зерна. В годы войны в Красноярске выходили брошюры и сборники, призванные поднимать патриотический дух населения. Одна из таких книг называлась «Агитационно-массовую работу — на службу Отечественной войне» — и ответственным редактором этого издания был именно Константин Черненко. Он же стоял за выпуском сборника «Песни Великой Отечественной войны», вышедшего в Красноярске в 1941 году.

Агитационная работа в тылу была делом государственной важности. Агитпоезда с лекторами и артистами уходили на фронт, а в самом крае проводились массовые митинги, собирались средства в фонд обороны. Черненко координировал эту деятельность, обеспечивая, чтобы слово партии доходило до каждого — от рабочего цеха до отдалённого села.

Путь наверх через учёбу

В 1943 году, когда перелом в войне уже наметился, Черненко получил новое назначение. ЦК ВКП(б) отозвал его из Красноярска и направил на учёбу в Москву — в Высшую школу парторганизаторов при Центральном комитете. Это был серьёзный карьерный шаг. Страна готовилась к послевоенному устройству, и будущие руководители среднего звена проходили переподготовку в столице.

Черненко окончил её в 1945 году — уже после Победы. И сразу же был направлен секретарём Пензенского обкома ВКП(б). Его послевоенный взлёт начался именно оттуда: вскоре он переберётся в Молдавию, где познакомится с Леонидом Брежневым, что навсегда изменит его судьбу. Но в годы войны он оставался одним из многих партийных функционеров, честно отрабатывавших свои обязанности в тылу.

Тыл тоже был фронтом

Военная биография Черненко — это не подвиг, а рутина партийной работы в экстремальных условиях. Он не командовал полками и не водил танки в атаку. Но та огромная работа, которую он и его коллеги проводили в сибирском тылу, была столь же необходима, как и пушечный залп. Именно они удерживали страну от коллапса, организовывали эвакуацию, снабжали армию провизией, вели агитацию, поднимавшую боевой дух. За эту работу Черненко был награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

И хотя спустя 40 лет он оказался на вершине власти, его главный вклад в Победу остался в тени сибирской тайги, за столами агитпунктов и редакций военных газет. Он был тружеником идеологического фронта, и это в полной мере соответствовало его последующей карьере — до самой смерти он оставался прежде всего партийным работником, а не политиком-реформатором.