Битва за Даманский: что на самом деле решило исход боя 15 марта 1969 года
Остров Даманский площадью 0,74 квадратного километра — зимой заснеженная равнина, весной уходящая под воду — стал ареной крупнейшего вооружённого столкновения между двумя коммунистическими державами XX века. Официально конфликт длился две недели. Неофициально его отголоски определяли расстановку сил в глобальной политике следующие три десятилетия. И всё же главный вопрос остаётся: что именно переломило ситуацию 15 марта, когда китайская пехота численностью в несколько тысяч человек теснила горстку советских пограничников?
Пороховая бочка на Уссури
К началу 1969 года советско-китайские отношения находились в состоянии затяжного развода. Пекинский трактат 1860 года провёл границу по китайскому берегу рек Амур и Уссури — договор, выгодный Российской империи, но оставлявший острова на советской стороне. После Парижской мирной конференции 1919 года в международном праве закрепилось правило: граница по реке должна проходить по фарватеру. Китай, опираясь на эту норму, требовал пересмотра. Советский Союз, опираясь на трактат, отказывался.
Но дело было не только в островах. Разрыв начался после XX съезда КПСС — осуждение культа личности Сталина Пекин воспринял как угрозу собственному культу Мао. К 1960 году из Китая отозвали советских специалистов, торговля между странами упала, а на границе начались провокации: крестьяне и хунвейбины массово нарушали пограничный режим. Если в 1960 году зафиксировано около ста инцидентов, то к 1962-му их число перевалило за пять тысяч.
Профессор РАН Александр Ломанов, заместитель директора ИМЭМО им. Е.М. Примакова, формулирует это прямо: если бы у Мао Цзэдуна не было потребности продемонстрировать миру и прежде всего США плачевное состояние отношений с СССР, Пекин мог бы обойтись без конфликта. Даманский при разделе по фарватеру и так отошёл бы Китаю. Но Мао нужен был внешний враг — и IX съезд КПК, намеченный на апрель 1969 года, требовал соответствующей декорации.
2 марта: засада
В ночь на 2 марта около 77 китайских военнослужащих в зимнем камуфляже, вооружённых карабинами и автоматами, скрытно переправились через Уссури по льду и залегли на западном берегу Даманского. Профессор истории Сюй Янь установил: Центральным военным советом КПК решение о проведении операции силами трёх рот НОАК было принято ещё 19 февраля. Ян Куйсун, опираясь на документы Шэньянского военного округа, уточняет: подготовка шла два-три месяца, под командованием генерала Чэнь Силяна были отобраны три специально подготовленные роты по 200 человек каждая.
Когда в 10:40 утра на заставу «Нижне-Михайловка» поступил доклад о вооружённой группе у Даманского, начальник заставы старший лейтенант Иван Стрельников выехал с 32 пограничниками. Приказ был стандартный: оружие не применять, магазины не присоединять. Группа Стрельникова пошла по льду к открыто стоявшим китайцам, потребовала покинуть территорию СССР. Один из китайских военнослужащих поднял руку — это был сигнал. Засада открыла огонь в упор.
Стрельников погиб мгновенно — несколько пуль в ноги, затем контрольный выстрел в лицо. Группа сержанта Владимира Рабовича, двигавшаяся на помощь, попала во вторую засаду. В живых остались двое. Всего за первые минуты боя погибли 31 пограничник. Военные медики зафиксировали, что 19 из них были не просто застрелены, но добиты штыками и ударами прикладов — после того, как получили ранения и не могли сопротивляться. Ефрейтор Павел Акулов, захваченный в бессознательном состоянии, был замучен в плену. Тело с многочисленными следами пыток передали советской стороне 17 апреля.
Перелом в бою 2 марта наступил благодаря старшему лейтенанту Виталию Бубенину с соседней заставы. Он бросил свой БТР в тыл китайцам, обогнув северную оконечность острова, и вышел на пехотную роту, выдвигавшуюся к Даманскому. Бронетранспортёр был подбит, Бубенин ранен, но он пересел на БТР погибшего Стрельникова и продолжил бой. К концу дня китайцев выбили с острова. Но это было лишь начало.
15 марта: день, когда пограничников не хватило
Утро 15 марта началось с психологической войны: обе стороны транслировали через громкоговорители — китайцы требовали покинуть «китайскую территорию», советские отвечали тем же. В 10:00 от 30 до 60 стволов китайской артиллерии и миномётов ударили по советским позициям. Три роты пехоты перешли в наступление методом «людских волн».
С советской стороны на острове и прилегающем льду находились 218 пограничников из двух погранотрядов, 11 бронетранспортеров и пять танков Т-62. Армейские части — 135-я мотострелковая дивизия с артиллерией и установками «Град» — стояли наготове, но Политбюро ЦК КПСС запретило вводить их в бой. Москва боялась эскалации.
Полковник Демократ Леонов, начальник 57-го пограничного отряда, повёл в атаку четыре танка Т-62 — новейших на тот момент. Но экипажам запретили стрелять из пушек. Танки шли походным порядком по протоке между островом и китайским берегом — идеальные мишени. Головной танк, в котором находился Леонов, был подбит выстрелом из гранатомёта. Леонов и механик-водитель погибли. Остальные три танка повернули назад.
К середине дня пограничники, расстреляв весь боезапас, отступили с острова. На китайском берегу сосредоточилось до пяти тысяч солдат НОАК. Ситуация была критической. На советской стороне оставались пограничники с автоматами и пулемётами против нескольких тысяч китайских солдат при поддержке артиллерии.
Залп, который изменил всё
В 17:00 командующий войсками Дальневосточного военного округа генерал-полковник Олег Лосик принял решение, на которое Москва не давала санкции. Он приказал открыть огонь из реактивных систем залпового огня БМ-21 «Град» — оружия, принятого на вооружение в 1963 году и ни разу не применявшегося в реальном бою нигде в мире.
Батарея из 18 боевых машин дала залп. Каждая «Град» несёт 40 снарядов калибром 122 миллиметра — всего 720 стокилограммовых реактивных снарядов ушли к цели за несколько минут. Дальность стрельбы — до 20 километров — позволяла достать не только передовые позиции, но и резервы, миномётные батареи и склады боеприпасов на китайском берегу.
Однако здесь начинается самое спорное. Полковник в отставке Юрий Сологуб, служивший в 135-й мотострелковой дивизии, в своих воспоминаниях приводит поразительный факт: когда развеялся дым, выяснилось, что в сам остров не попал ни один снаряд. Штаб ракетных войск и артиллерии округа ошибся в расчётах — не учёл превышение советского правого берега над левым, китайским. Все 720 снарядов улетели на 5–7 километров дальше, вглубь китайской территории, и разнесли районы сосредоточения резервов, тылы, госпиталь, всё, что там находилось.
По воспоминаниям командира 199-го мотострелкового полка полковника Дмитрия Крупейникова, удар наносился на глубину до 20 километров по китайской территории, на площадь 10 километров по фронту и 7 в глубину. Были уничтожены резервы, пункты боепитания, склады. Китайцы оказались в панике. Советские радисты перехватили разговор по китайской рации: один говорил — «надо было им дать в ответ», другой отвечал — «а чем? У нас все орудия выведены из строя и в живых осталось всего два человека».
Огневой налёт продолжался около десяти минут. После него в атаку пошли бойцы 2-го батальона 199-го мотострелкового полка и пограничники. Китайцы начали отход. Остров был очищен.
Впрочем, существует и другая версия — что «Грады» били именно по острову и прилегающей китайской территории, а данные о перелёте основаны на единичных мемуарах, которые не подтверждаются «Журналом боевых действий» Тихоокеанского пограничного округа. Как бы то ни было, результат был однозначен: китайское наступление остановлено, инициатива перешла к советской стороне.
Цена десяти минут
Потери советской стороны в боях 2 и 15 марта составили 58 человек убитыми и умершими от ран, 94 — ранеными. Подавляющее большинство — пограничники, многие из которых были 19–20-летними солдатами срочной службы. Пять человек получили звание Героя Советского Союза: полковник Демократ Леонов и младший сержант Владимир Орехов — посмертно, старший лейтенант Иван Стрельников — посмертно, старший лейтенант Виталий Бубенин и младший сержант Юрий Бабанский — живыми.
Потери китайской стороны до сих пор засекречены. По советским оценкам — от нескольких сотен до 800 человек. Японские СМИ со ссылкой на разведку называли цифру в шесть тысяч, которую Китай не опроверг. Очевидцы из числа гражданского населения китайского приграничья рассказывали, что тела погибших укладывали в братские могилы сотнями, долбя мёрзлую землю кирками. На мемориальном кладбище в уезде Баоцзин официально погребены 68 «героев» — но это число не согласуется ни с одним из независимых источников.
Подбитый танк Т-62 с бортовым номером 545, в котором погиб Леонов, остался на льду у западного берега острова. Лёд потом проломился, танк ушёл под воду. Китайцы подняли его со дна и вывезли в Пекин — новейшая советская бронемашина стала экспонатом военного музея и прототипом для целой линейки китайских танков.
Десять минут, изменившие мир
Бой 15 марта был локальным сражением за никому не нужный остров, который весной уходил под воду. Но его последствия были глобальными.
После Даманского советское руководство всерьёз рассматривало возможность нанесения превентивного удара по китайским ядерным объектам — в августе 1969 года СССР через дипломатические каналы выяснял реакцию союзников и США. Китай провёл две незапланированные ядерные пробы 23 и 29 сентября 1969 года — чтобы подтвердить свою способность к ответному удару.
Конфликт привёл к началу строительства Байкало-Амурской магистрали как стратегического дублёра Транссиба, который на протяжении тысячи километров проходил в 30–50 километрах от китайской границы. Советский Союз нарастил группировку войск на Дальнем Востоке — до 27 дивизий по одним данным, до 50 по китайским.
Но главное: Даманский стал катализатором американо-китайского сближения. Генри Киссинджер ловко выстроил на почве советско-китайского противостояния антисоветский альянс. Пекин, искавший защиты от СССР, пошёл на сближение с Вашингтоном. Как отметил генерал Николай Леонов, союз США и Китая против СССР во многом стал следствием того, что советская верхушка своими руками создала для него почву.
11 сентября 1969 года, после похорон Хо Ши Мина в Ханое, председатель Совмина СССР Алексей Косыгин встретился с премьером Госсовета КНР Чжоу Эньлаем в пекинском аэропорту. Стороны договорились сохранить границы в существовавшем состоянии и прекратить стрельбу. Даманский де-факто остался за советской стороной — до 1991 года, когда по соглашению между СССР и КНР остров был передан Китаю вместе с ещё примерно шестьюстами островами на Амуре и Уссури.
Что на самом деле решило исход
Исход боя 15 марта решило не численное превосходство, не тактическое искусство и даже не мужество пограничников — хотя без него всё было бы невозможно. Исход решило одно решение: приказ на применение «Градов», отданный в нарушение прямого запрета из Москвы.
Десять минут огня секретных установок, о которых накануне не знал почти никто в мире, — вот что остановило пять тысяч солдат НОАК. Командующий округом Олег Лосик, по воспоминаниям комиссии КГБ, весь день проявлял нерешительность, ждал указаний из Москвы — и люди гибли, пока он ждал. Когда же он наконец решился, результат превзошёл ожидания. Но и цена этой нерешительности — жизни пограничников, которые держали остров, пока армия стояла наготове, скованная запретом Политбюро.
В этом весь парадокс Даманского: бой выиграло не то, что было запланировано, а то, что было сделано вопреки планам. Сержант Юрий Бабанский, принявший командование после гибели офицеров 2 марта. Старший лейтенант Виталий Бубенин, бросивший единственный БТР в тыл китайскому батальону. Генерал Лосик, нарушивший приказ Москвы. Реактивные снаряды, которые, по одной версии, накрыли остров, по другой — ушли на семь километров дальше и разнесли китайские тылы, но в обоих случаях сделали своё дело.
Даманский — это история о том, как локальные решения людей, действовавших в условиях неопределённости и страха перед вышестоящим руководством, оказались важнее всех стратегических расчётов. Остров, за который погибли 58 советских солдат, через 22 года отдали Китаю по дипломатическому соглашению. Но десять минут огня «Градов» 15 марта 1969 года навсегда изменили архитектуру холодной войны.
