Какой курильский остров США просили отдать им
В августе 1945 года, когда Япония ещё не подписала акт о капитуляции, а советские войска только готовились к высадке на Курилы, в Вашингтоне уже думали о будущем. Президент Гарри Трумэн направил Иосифу Сталину письмо, в котором просил об одной вещи, напрямую не связанной с разделом территорий: предоставить США право посадки на одном из центральных Курильских островов. Формально — для экстренного использования в период оккупации Японии. Фактически — это была первая попытка США закрепиться на архипелаге, который через несколько месяцев официально станет советским.
Ответ Сталина оказался резким. Советский лидер расценил просьбу как требование, которое обычно предъявляют побеждённому государству или союзнику, не способному защитить часть своей территории. Трумэн пытался оправдываться: он говорил не о советской территории, а о японских островах, судьба которых решится на мирной конференции. Но осадок остался. Этот эпизод — один из самых ранних и самых показательных в длинной истории американского интереса к Курилам.
Что именно просили американцы
Речь шла о базе в центральной части Курильской гряды. В официальной переписке Трумэн упоминал «право посадки на одном из Курильских островов» — без указания конкретного названия. Контекст подсказывает, что американцев интересовали острова, контролирующие подходы к Охотскому морю и обеспечивающие воздушное сообщение между США и оккупированной Японией. Центральные Курилы — это прежде всего Симушир, Уруп, Кетой, Райкоке. Именно здесь располагались удобные бухты и аэродромы, которые могли бы использоваться для дозаправки и экстренных посадок.
Но за военно-логистическим запросом стояло нечто большее. Ещё в 1944 году, при подготовке к Ялтинской конференции, в Государственном департаменте США был подготовлен документ, в котором прямо говорилось: «Военно-морские силы США желают базы на Курильских островах, которую они могли бы использовать в случае военно-морских операций в этом районе». Автор документа, сотрудник отдела территориальных исследований Джордж Блейксли, отмечал, что нежелательно для США быть единственным администратором этих островов или иметь исключительное владение базами, поскольку это поставит страну «в отдалённое и опасное положение в случае будущих трудностей с Советским Союзом».
Этот документ, однако, не попал в «брифинг-книгу», которую Рузвельт взял с собой в Ялту. Нет свидетельств, что президент вообще его видел. Американский флот хотел базу, но президент, озабоченный более крупными геополитическими задачами, эту просьбу проигнорировал.
Откуда взялась сама идея
Интерес к курильской базе не был случайным. США в годы войны рассматривали Курилы как ключ к контролю над северной частью Тихого океана. Японские гарнизоны на этих островах угрожали советскому Дальнему Востоку и американским коммуникациям. После разгрома Японии эти острова должны были перейти под контроль Москвы — так решили в Ялте. Но в Вашингтоне понимали: если СССР получит всю гряду, Тихий океан станет «советским озером» в его северной части.
Блейксли предлагал компромисс: передать северные и центральные Курилы Советскому Союзу, но не в собственность, а в форме опеки ООН. Южные острова — Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи — он вообще считал исторически японскими и не видел оснований для их передачи СССР. Его аргумент звучал пророчески: «Эта передача Советскому Союзу создаст ситуацию, с которой будущая Япония найдёт трудным примириться как с постоянным решением».
Рузвельт, однако, согласился на передачу всех Курил. Он руководствовался простой логикой: нужно было убедить Сталина вступить в войну с Японией. Курилы были ценой. В Ялте об этом договорились без долгих дискуссий.
Что изменилось при Трумэне
Когда Рузвельт умер и президентом стал Трумэн, отношение к курильскому вопросу изменилось. Администрация Трумэна уже не стремилась к послевоенному сотрудничеству с Москвой — наоборот, искала способы ограничить советское влияние. Идея базы на Курилах, которую Рузвельт отложил, снова стала актуальной.
В августе 1945 года Трумэн направил Сталину то самое письмо. Он просил «право посадки в центральных Курилах» — то есть не передачу острова, а лишь использование инфраструктуры. Трумэн, судя по тексту послания, искренне не понимал, почему Сталин воспринял это как оскорбление. «Я не говорил о какой-либо территории Советской Республики, — писал он. — Я говорил о Курильских островах, японской территории, распоряжение которой должно быть осуществлено на мирном урегулировании».
Но Сталин видел ситуацию иначе. Для него Курилы уже были советскими — по праву победы и по договорённостям в Ялте. Просьба Трумэна выглядела как попытка пересмотреть эти договорённости, пусть и в мягкой форме. Ответ был холодным и отказным.
Директива 677: острова, исключённые из Японии
Формально США признали переход Курил к СССР. 29 января 1946 года военная администрация США в Японии издала директиву № 677, согласно которой из-под японской юрисдикции исключались все Курильские острова, включая Шикотан и Хабомаи. Это был юридический шаг, подтверждавший, что Вашингтон не оспаривает советский суверенитет над архипелагом.
Но уже тогда в американской позиции наметилась двусмысленность. Директива исключала острова из японской юрисдикции — но не говорила прямо, что они переходят к СССР. Эта формулировка — «отказ без указания, в чью пользу» — станет главной юридической ловушкой курильского вопроса на десятилетия вперёд. США оставляли себе пространство для манёвра.
Сан-Франциско: отказ без адресата
Самый показательный момент наступил на Сан-Францисской мирной конференции 1951 года. Американский проект мирного договора с Японией содержал статью, по которой Япония «отказывается от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и на ту часть острова Сахалин и прилегающих к нему островов, суверенитет над которыми Япония приобрела по Портсмутскому договору».
Обратите внимание: Япония отказывается от островов — но не сказано, в чью пользу. Советская делегация во главе с Андреем Громыко настаивала на чёткой формулировке: острова переходят Советскому Союзу. США отказались это принять. Более того, американский представитель Джон Фостер Даллес заявил, что, по мнению США, острова Хабомаи вообще не входят в «географическое понятие “Курильские острова”».
Эта юридическая эквилибристика имела конкретную цель. В документе, подготовленном для Рузвельта ещё в 1944 году, прямо говорилось: «Уступка Советскому Союзу южнокурильских островов создаст ситуацию, с которой Японии будет трудно примириться. Это будет восприниматься японцами как утрата исторически принадлежащих нации островов. Если эти острова будут превращены в форпост, для Японии возникнет постоянная угроза». Администрация Трумэна, в отличие от Рузвельта, решила «воспользоваться этой ситуацией» и оставить вопрос о Южном Сахалине и Курилах «в подвешенном состоянии».
Угроза Даллеса и Окинава
В 1955–1956 годах, когда шли советско-японские переговоры о нормализации отношений, США применили прямой шантаж. Госсекретарь Даллес дал понять японской делегации: если Япония согласится на передачу Советскому Союзу Итурупа и Кунашира, США навсегда сохранят за собой архипелаг Рюкю с Окинавой.
Японский дипломат Сюнъити Мацумото, возглавлявший делегацию на переговорах, писал жене 20 августа 1956 года: «Госсекретарь Даллес стал говорить безрассудные вещи о том, что если СССР получит острова Тисима, то архипелаг Рюкю отойдёт США». Окинава действительно оставалась под американской администрацией до 1972 года, а военные базы США находятся там по сей день.
Исследователи по-разному оценивают, насколько решающей была эта угроза. Американский историк отмечает, что вмешательство Даллеса «возможно, оказало некоторое влияние, но, вероятно, не сыграло центральной роли» в провале переговоров. Российский исследователь идёт дальше: он считает, что «угроза Даллеса» не сыграла той негативной роли, которую ей приписывают, поскольку жёсткая правовая позиция США — не признавать советский суверенитет над Южными Курилами в соответствии с Сан-Францисским договором — сама по себе делала компромисс невозможным.
Так какой же остров просили США?
Прямого ответа в документах нет. Трумэн писал о «праве посадки в центральных Курилах» — без названия. Блейксли упоминал базу «на Курильских островах» — тоже без конкретики. Речь шла не о передаче суверенитета, а о военной инфраструктуре. Американский флот хотел точку опоры — аэродром или бухту — в стратегически важной центральной части архипелага.
Но если смотреть на логику американской позиции в целом, становится ясно: США не столько просили конкретный остров, сколько пытались создать прецедент. Если бы Советский Союз согласился на «право посадки» в центре Курил, это открыло бы дверь для более широких требований. Отказ Сталина был не просто дипломатической реакцией — это был сигнал: Курилы не предмет торга.
США проиграли эту партию. Но они оставили после себя юридическую мину: отказ Японии от Курил «без указания адресата», двусмысленное определение «Курильских островов» и «моральную поддержку» японских претензий на Южные Курилы, не имеющую отношения к международному праву. Эта мина не разряжена до сих пор.
