Мощи Ярослава Мудрого: как они могли оказаться у американцев
2018-05-27 10:01:51

Когда монахи бунтовали против царя

Соловецкий мятеж был уникальным явлением. Впервые целый монастырь открыто выступил против царя. Осада длилась восемь лет.

22 июня 1668 года под стенами Соловецкого монастыря появился отряд стрельцов, 125 человек. Они выглядели растерянными: казалось, стрельцы и сами не понимают, для чего их привезли сюда. Среди жителей Соловков и братии появление небольшого военного отряда вызвало недоумение. Так началось уникальное в мировой истории событие, когда православная армия осаждала православный монастырь.

Монастырь-крепость

Осады не было и в помыслах прибывших на остров. Разве можно осаждать крепость, гарнизон которой в семь раз превосходит числом твое войско? А в крепости находилось чуть больше семисот защитников. Из них половина — монахи, но не простые, а обученные ратному делу и порой даже более искусные, чем поморские и архангельские стрельцы. «Пушкарь старец Иларион, моряк, у медной дробовой пушки, а с ним на поворот мирских людей — 6 человек наймитов», — таков состав одного из отрядов гарнизона.

Монастырь был одним из форпостов России на севере. Толщина стен у основания составляла 5-7 метров, высота — 8-11, а длина — чуть более километра. В арсенале святых отцов находилось 90 пушек, 900 пудов пороха и большие запасы ручного огнестрельного оружия.

Зачем осада?

Все началось в 1653 году, с неожиданно обрушившейся в Великий пост церковной реформой, затеянной патриархом Никоном. Вместе с паломниками до монастырской братии дополз слух о том, будто в московских церквях стали креститься не двумя, а тремя перстами. А в 1657-м нововведения коснулись и самого монастыря: от патриарха пришли новые служебные книги. Но иноки были осведомлены о реформе, знали и самого Никона, потому заперли еретические книги под замок, не читая.

Отношения Никона с Соловецким монастырем начались задолго до его патриаршества. Еще в 1639 году он был изгнан отсюда, а, став через десять лет митрополитом Новгородским и Великолукским, принялся всячески притеснять оказавшуюся в его подчинении соловецкую братию. Докатился он и до откровенного грабежа: мало того, что «одолжил» из монастырской библиотеки несколько книг, заплатив лишь за одну, и присвоил себе подаренную Симеоном Бекбулатовичем монастырю золотую запонку с яхонтом и изумрудом, так еще и вывез в Москву останки митрополита Филиппа.

Архимандрит Никанор

Главным идеологом восстания явился популярный среди монахов старец Никанор. С его личностью связаны и истоки конфликта царя с Соловецким монастырем. Так совпало, что именно в 1653 году, когда появились первые признаки церковного раскола, скончался настоятель монастыря, и в новые настоятели братия выбрала Никанора. Однако в Москве не утвердили их решение и навязали игуменом Варфоломея. Об отношениях его с иноками свидетельствует хотя бы то, что те писали царю доносы на него, а в 1666 году и вовсе вспыхнул мятеж, направленный против игумена.

Никанор же в 1653-м был назначен архимандритом Звенигородского монастыря и стал духовником самого царя Алексея Михайловича. Здесь он прослужил семь лет и в 1660 году из-за того, что не скрывал своего резкого неприятия церковной реформы, был возвращен на Соловки. В ходе мятежа 1666 года Варфоломей был низложен, а Никанор — избран на его место.

Переписка с Алексеем Михайловичем

Напряжение отношений между царем и братией нарастало постепенно. О нем можно судить по интонациям, содержащимся в переписке сторон. «Молимся за царя и его семью, готовы души свои за их царское величество положить», — уверяют царя монахи после восстания 1666 года. Единственное, о чем они просят — позволить им не отлучаться от «преданий святых отцов».

А через год, в сентября 1667-го, они уже не стесняются ставить царю ультиматум: «Если ты, великий государь наш, помазанник Божий, нам в прежней, святыми отцами переданной, в старой вере быть не благоволишь и книги переменить изволишь, милости у тебя, государя, просим: помилуй нас, не вели, государь, больше к нам учителей присылать напрасно, понеже отнюдь не будем прежней своей православной веры переменять, и вели, государь, на нас свой меч прислать царский и от сего мятежного жития переселить нас в безмятежное и вечное житие!»

Ответ царя в феврале 1668 года был еще более категоричным: он называл сторонников Никанора — раскольниками и предписал «соборных и рядовых старцев, которые святой соборной и апостольской церкви не противны и нам, великому государю, послушны» немедленно покинуть острова.

От слов к делам

От слов царь перешел к делам: посылал следователей для выяснения ситуации в монастыре, пытался увещевать раскольников, объявил Соловкам экономическую блокаду и отъял все их владения в пользу казны. Не исключено, что помимо стремления усмирить монахов им руководило также желание прибрать к рукам доходы монастыря.

Тлевшая в течение восьми лет осада, как и предшествовавшие ей события, происходила как будто сама собой, помимо воли людей: стрельцы летом прибывали под стены крепости, пытались вразумить иноков, а к зиме возвращались на большую землю. За 8 лет сменилось три воеводы: первый, Волохов, делил власть и дрался с назначенным Москвой игуменом Иосифом. Второй, Иевлев, приведший с собой 500 казаков, побил скот, порвал рыболовные снасти, пожег строения вокруг монастыря, а затем приказал подчиненным рыть укрепления. Защитники крепости засыпали их плотным огнем, и перепуганные стрельцы и казаки пожаловались царю на воеводу. Иевлев подал в отставку, а на его место был назначен третий — стольник Иван Мещеринов.

Кровавая развязка

За годы осады около двухсот человек по разным причинам покинули монастырь. Многие считали недопустимой вооруженную борьбу. Но в крепость стекались беглые крестьяне, стрельцы, казаки. Поморы несмотря на царский запрет поставляли в монастырь продовольствие. В 1674 году братия приняла решение не молиться за царя-ирода. Архимандрит Никанор ходил с кадилом от пушки к пушке, кропил их святой водой, приговаривая: «Матушки галаночки, на вас де у нас надежда».

Вялая борьба с монастырем и бесчисленные столкновения раскольников с никонианами, массовые самосожжения, зверские расправы противников друг с другом заставили царя проявить политическую волю.

В декабре 1674-го он велит Мещеринову проявить рвение в борьбе с бунтовщиками и под страхом смерти велит не покидать острова. А в июне повторяет угрозу: «А есть ли ты вскоре к соловецкому монастырю на остров не пойдешь и промысл учнешь чинить нерадетельно, и тебе, Ивану, быть за то в смертной казни».

И Мещеринов подойдет к расправе со всем рвением. Беглец из монастыря инок Феоктист укажет слабое место в оборонительных укреплениях. Ему сначала не поверят, но потом за неимением других средств борьбы решат воспользоваться советом — и снежной ночью 1 февраля возьмут крепость.

А затем примутся чинить суд. Лидера бунтовщиков Самко Васильева казнят, бросят живьем замерзать Никанора, убьют еще 26 человек. Позже расправа постигнет и остальных. Из пятисот защитников крепости в живых останется только 14. Через неделю после подавления восстания умрет Алексей Михайлович.

Читайте наши статьи на Дзен

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: