![Мощи Ярослава Мудрого: как они могли оказаться у американцев](https://cyrillitsa.ru/wp-content/uploads/2019/05/admin-ajax.php_-102.jpg)
Саамы: каким были «лапландские колдуны»
Людям свойственно наделять мистическими способностями жителей отдаленных мест, малочисленные народы, чьи обычаи и традиции заметно отличаются от собственных. И все же, когда все соседи в один в голос указывают на колдовство представителей одной этнической группы, стоит призадуматься: на чем основаны все эти слухи и домыслы? Так произошло и с народом саамы, чьи колдуны точно предсказали день смерти Ивана Грозного.
Кто такие саамы
Издревле их называли «лопари». Считалось, что они населяют таинственную северную страну Лапландию, овеянную мифами и легендами. В настоящее время в науке утвердился этноним «саамы». Это коренной малочисленный народ Северной Европы, проживающий в России, Финляндии, Швеции и Норвегии.
Общая численность саамов, по оценкам различных международных организаций, составляет от 60 до 80 тысяч человек. Из них в нашей стране во время Всероссийской переписи населения 2010 года насчитали более 1 тысячи 700 человек. В основном, они проживают на территории Мурманской области.
С давних времен саамы были оленеводами, рыболовами и охотниками. Их быт и привычки мало отличались от традиций других малочисленных народов Севера. Например, как и манси, саамы кастрировали оленей зубами. Эта «операция» делала самцов послушными, способствовала быстрому набору веса крупного рогатого скота. Кроме того, при отсутствии дезинфицирующих средств такой способ кастрации оленей более гигиеничен, чем возможная альтернатива – с помощью ножа.
Что о них говорили
Известный этнограф Людмила Васильевна Хомич в своей книге «Саамы» (Санкт-Петербург, 1999 год издания) рассказала, что в фольклоре разных стран сохранились упоминания о могущественных колдунах, населяющих Лапландию. Так, в знаменитом карело-финском эпосе «Калевала» есть такие строки о жителях мистической страны:
«Колдунов полны покои.
С музыкой у стен сидели,
Громко пели чародеи,
Прорицатели – у двери,
Знахари же – на скамейках,
Заклинатели – на печке,
Множество лапландских песен…»
Английский драматург Уильям Шекспир в «Комедии ошибок» упомянул о землях саамов:
«Заехал я в страну воображенья?
Иль город здесь лапландских колдунов?»
Вообще, рассказами о шаманах и ведьмах, населяющих самые северные земли Европы, изобилует британская и скандинавская мифологии. В России тоже ходило немало легенд о колдовстве представителей этого северного народа. Многие исследователи считают, что связь с мистическими силами в Лапландии осуществляли разные категории «специалистов»: нойды, кебуны, вëльвы и гейды.
Шаманы с бубнами
Несмотря на то, что саамы приняли христианство, в их культуре сохранились древние обычаи, связанные с почитанием предков.
Мужчины-шаманы назывались «нойды», их знания и способности передавались из поколения в поколение. Камлая с помощью бубна и других магических предметов, шаман мог призвать своих магических помощников – птицу, рыбу и оленя. Они сопровождали нойда в мире духов. Люди верили: эти маги настолько могущественны, что способны видеть будущее, излечивать болезни, получать никому не известную информацию, влиять на погоду.
Часто шаманам противостояли злые ведьмы (гейды), которые могли причинить людям значительный вред. Хотя и с добрыми волшебницами (вëльвами) нойды никогда не сотрудничали – магические традиции у саамов четко разделялись на мужскую и женскую.
Например, магию сейда, часто упоминающуюся в разных скандинавских сагах, практиковали вëльвы. И хотя некоторые представители сильного пола порой к ним присоединялись, в целом, практики сейда считались женским делом. Саамские ведьмы при этом использовали не бубны, а специальные прялки, наделенные мистическими силами. С их помощью вëльвы могли совершать путешествия в мире духов, вызывать у себя различные видения.
Саамская магия была напрямую связана с культом предков, что дало многим этнографам возможность называть нойдов своеобразными языческими жрецами Северной Европы.
Жители Лапландии с древнейших времен поклонялись священным камням, которые считались местами обитания духов-покровителей. Им приносили жертвы. Камни мазали кровью оленей или рыбьим жиром, подношениями служили и рога животных. Оставлять без угощений и подарков таких духов было нельзя – иначе они потеряют свою магическую силу и больше никому не смогут помочь.
Возле села Левозеро Мурманской области, где компактно проживают более 700 саамов, находится несколько таких священных камней. Среди них особенно почитается «Кугов-Старик», напоминающий фигуру человека. Согласно легенде, это окаменевший шаман.
Узелки для ветра
Исследовательница древних языческих верований разных народов Инна Михайловна Смирнова в книге «Величайшие загадки и тайны магии» (Москва, 2006 год издания) написала, что саамские шаманы могли управлять ветрами. Для этого они завязывали на платках особые заговоренные узелки.
Дело в том, что жители Скандинавии часто путешествовали по морям, и их парусные корабли нуждались в попутном ветре. Суеверные люди готовы были платить магам и чародеям немалые деньги, лишь бы торговый груз и пассажиры вовремя прибыли в порт назначения. Поэтому купцы и капитаны кораблей покупали у предприимчивых саамских шаманов платочки с тремя узелками. Считалось, что при развязывании первого можно рассчитывать на легкий ветерок, второй узел гарантирует сильный воздушный поток, а третий трогать было нельзя, если не хочешь вызвать бурю.
Ради процветания этого прибыльного бизнеса нойды даже пустили слух, что могут сделать так, чтобы корабль вообще не сдвинулся с места.
А еще с помощью бубна шаманы могли узнать, что делает конкретный человек, даже если он в этот момент находится в другом городе. Вера в могущество саамских чародеев среди европейцев была настолько сильна, что породила слухи о левитации и телепортации лопарей «на облаке вместе со своими оленями».
Естественно, злые нойды могли причинить людям значительный вред и даже убить своих врагов. В Швеции поговаривали, что во время многочисленных войн правительства разных стран использовали шаманов в качестве боевых магов. Болезни и смерть они насылали с помощью бубнов, отлитых из свинца миниатюрных подобий копья, заговоренных насекомых (в основном, мух).
Существовал и другой вид темной магии – изготовление так называемых «тире»: из особой секретной массы шаманы лепили шарики размером с грецкий орех. Любой желающий мог купить тире у чародея и запустить им в ненавистного человека. Нойды уверяли, что несчастный, в которого попало такое магическое оружие, скоро скончается.
Но вера в могущество саамских колдунов не всегда была им на руку. В Средневековье людей, уличенных в ворожбе и магии, часто подвергали пыткам и казнили.
Смерть Ивана Грозного
О последних днях жизни царя Ивана IV Грозного в народе сложено немало преданий, одно из них напрямую связано с колдунами-лопарями.
Доктор исторических наук Руслан Григорьевич Скрынников в книге «Иван Грозный» (Москва, 1975 год издания) рассказал о таинственной встрече царя с лапландскими магами. Почувствовав ухудшение здоровья, правитель страны искал все возможные способы продлить собственную жизнь. Он не только обращался с покаянием к представителям православной церкви, но и разыскивал знахарей, способных ему помочь.
Вот и вспомнились Ивану Грозному таинственные рассказы о чародеях и ведьмах с Севера. К тому же, в начале 1584 года на небе была отчетливо видна комета, отличавшаяся крестообразным свечением. Суеверный царь приказал доставить к нему лапландских шаманов. Это повеление было исполнено с рвением: около 60 саамов привезли в Москву накануне Крещения.
Прибывшие устроили коллективное камлание, результат которого для Ивана Грозного оказался неутешительным. Шаманы не стали обманывать царя, сообщили ему о неизбежной кончине. И даже назвали точную дату – 18 марта 1584 года. Разумеется, известие не обрадовало представителя династии Рюриковичей.
По одной версии предания, Иван IV Васильевич жестоко расправился с лапландцами. Но согласно другой трактовке, правитель приказал прилюдно сжечь колдунов именно в назначенный ими день, чтобы доказать их неправоту: сам царь надеялся прожить намного дольше.
Утром 18 марта монарх явился к шаманам и лично обвинил их в шарлатанстве. Тогда один из них пробурчал: «Еще не вечер». Он оказался прав, перед ужином Иван Грозный скончался.
Воскрешение Лжедмитрия I
Еще одним правителем нашей страны, чья смерть связывается с лапландскими колдунами, был Лжедмитрий I. Большинство специалистов считают, что настоящее имя этого самозванца – Григорий Отрепьев.
Автор книги «Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей» известный исследователь Николай Иванович Костомаров указал, что после похорон Лжедмитрия I по Москве поползли слухи. Якобы мертвый самозванец по ночам вылезает из своей могилы и ходит.
В народе поговаривали, что Григорий Отрепьев продал душу дьяволу, учился колдовству у саамских шаманов и достиг такого невиданного могущества, что сумел одолеть саму смерть. Именно так народное сознание объясняло успех его затеи: все поверили самозванцу, что он – чудом спасшийся царевич Дмитрий. Не иначе как сам Дьявол отвел людям глаза.
Возможно, причиной подобных разговоров было негативное отношение Григория Отрепьева, который сам являлся беглым монахом, к представителям православной церкви. По свидетельствам очевидцев, он не раз называл их лицемерами и бездельниками. А брак с католичкой Мариной Мнишек и дружба с поляками только подлили масла в огонь. В России отход от канонов православия, выраженный в той или иной форме, сразу давал повод для подозрений в колдовстве.
Как известно, после убийства, состоявшегося 17 мая 1606 года, труп самозванца несколько дней подвергался публичному поруганию и осмеянию. Затем его похоронили вместе с пьяницами и ворами, в общей «убогой» могиле.
И начали ходить по столице слухи. Особо впечатлительные москвичи утверждали, что над могилой Лжедмитрия I по ночам сияют и движутся таинственные огоньки, слышатся звуки бубнов и пение шаманов. Суеверные люди считали, что земля не принимает такого сильного и злого колдуна. Сказывали, что по утрам труп Григория Отрепьева находили лежащим на мостовой, а компанию ему всегда составляли два голубя. И любые погодные явления – резкое похолодание и порывы сильного ветра – многие люди объясняли гневом убитого колдуна.
Подобные слухи заставили московских бояр выкопать «беспокойный» труп и прилюдно сжечь. А для пущей убедительности, чтобы успокоить суеверный народ, прах самозванца зарядили в пушку вместе с порохом и выстрелили им в сторону Польши, откуда и пришел Лжедмитрий I.
Именно вера людей в колдовство помогла еще одному претенденту на трон – Лжедмитрию II, который вскоре объявился, убедить многих жителей Руси в том, что он является тем же самым человеком, мужем Марины Мнишек. Ведь эта женщина признала его своим супругом в силу сложившихся обстоятельств. Чудесное воскрешение Григория Отрепьева народное сознание тоже приписало саамским шаманам.
А некоторые романтичные и суеверные люди утверждали, что дух Лжедмитрия I якобы вселился в тело другого человека, чтобы вернуться к возлюбленной Марине Мнишек, победив смерть.
История Григория Отрепьева до сих пор полна тайн и загадок, хотя слухи о его обучении у шаманов в Лапландии и последующем воскрешении кажутся фантастическими. Впрочем, в эпоху Средневековья некоторые русские, финны и шведы действительно отправлялись к лопарям, надеясь получить от них тайные знания.
Экология и саамы
Реальным ли было колдовское могущество саамов, никто точно не знает, но невозможно отрицать их особый взгляд на окружающий мир, который во многом повлиял на повседневный быт этих людей. Жители суровых северных широт умудрялись жить, не нарушая экологию природы.
Например, для разведения костра они использовали лишь сухостой, никогда не трогая «живую» древесину и кустарник. Листья этих растений могли стать кормом для оленей в летний период времени, когда мох ягель засыхает.
Саамы выстроили с природой очень гармоничные взаимоотношения. Путешествуя по заснеженным просторам, они разводили огонь лишь на месте старых кострищ, чтобы не причинять земле новую рану. Эти люди считали, что почва чувствует жар пламени, совсем как живое существо. Рядом с кострищем жители Севера оставляли запас дров не для себя, а для следующего путника.
Свои стоянки оленеводы переносили с места на место, когда в округе заканчивался сухостой. Они не могли причинить вред растениям, а охотились так, чтобы не нанести ущерба популяции пушного зверя: лишь в определенное время и не больше, чем нужно для выживания.
Не удивительно, что пришедшие следом в Лапландию поморы предпочитали селиться там, где раньше жили саамы. Ведь после них в лесу оставалось много добычи, а в реках и озерах было полно рыбы. Плюс готовые кострища, выложенные плоскими камнями, проторенные тропы и обилие кустарника, пригодного для растопки печей.
Экологическая культура саамов, сформировавшаяся в незапамятные времена, намного опередила отношение современного человечества к природе. Безусловно, это отражение языческих верований жителей Лапландии.