Уничтожение U-2 под Свердловском: что скрыла власть от жителей СССР
История любит официальные версии. Особенно если речь идет о противостоянии сверхдержав. 1 мая 1960 года в небе над Уралом был сбит американский самолет-шпион U-2, пилот Фрэнсис Гэри Пауэрс попал в плен, а через два года его обменяли на легендарного разведчика Рудольфа Абеля. Эту историю знают все.
Но, как это часто бывает, реальность оказалась сложнее и трагичнее, чем газетные заголовки. В тени официальной версии остались имена советских летчиков, которые участвовали в той операции, и неудобные вопросы о том, кто же на самом деле сбил Пауэрса и почему погиб наш пилот.
Шпион, который мечтал о доме
Фрэнсис Гэри Пауэрс родился в 1929 году в семье сапожника из Кентукки. Ничего не предвещало его попадания на страницы мировой истории. После колледжа он пошел в армию, выучился на летчика и попал в поле зрения ЦРУ. Предложение перейти на секретную службу Пауэрс принял не из идейных соображений, а из-за денег. Его зарплата подскочила с 700 до 2500 долларов в месяц — огромные по тем временам деньги. Молодая семья мечтала о собственном доме.
1 мая 1960 года он выполнял очередной разведывательный полет над территорией СССР. Миссия провалилась. Пауэрс катапультировался, приземлился, был задержан местными жителями и передан властям. Полтора года он провел во Владимирском централе.
В 1962-м его обменяли на Рудольфа Абеля. В США Пауэрс работал летчиком-испытателем, затем радио- и тележурналистом. Погиб в 1977 году в вертолетной катастрофе под Санта-Барбарой — у него кончилось топливо. Таковы сухие факты официальной биографии.
Самоубийственный приказ
После распада СССР стали вскрываться архивы и всплывать воспоминания участников тех событий. Одним из самых ценных свидетельств стала книга летчика Игоря Ментюкова, который более 30 лет молчал по просьбе КГБ.
В мае 1960 года Ментюков, капитан, командир звена, перегонял новейший сверхзвуковой истребитель-перехватчик Су-9 с завода в Сибири в Белоруссию. Утром 1 мая его срочно вызвали на аэродром под Свердловском. Звонил сам командующий авиацией ПВО Евгений Савицкий. Приказ был краток: таранить американский самолет-разведчик.
90-60-90: как эти «габариты» стали эталоном женской красоты
Проблема была в том, что Су-9 не был оснащен вооружением — он был перегоночным. Единственным оружием оставался сам самолет. Подняться на высоту 20 км и врезаться в U-2. Это была верная смерть.
Ментюков не отказался. Он лишь попросил позаботиться о матери и беременной жене. И взлетел.
Встреча над Уралом
Дальше произошло невероятное. Ментюков набрал высоту, увидел самолет Пауэрса и пошел на сближение. Но американский пилот внезапно начал правый разворот. Почему — никто не понял до сих пор. Возможно, заметил опасность. Возможно, просто выполнял маневр.
Скорость сближения была чудовищной — 550 метров в секунду. Ментюков проскочил чуть выше цели, не задев ее. Но спутный след от мощного Су-9 оказался смертельным для легкого U-2. Воздушные потоки закрутили самолет-шпион, и он развалился в воздухе.
Пауэрс катапультировался и остался жив. Ментюков — тоже. Тарана не случилось.
Но официальная версия была другой: Пауэрса сбили ракетчики. Почему? Как позже объяснял сам Ментюков, властям было выгодно показать, что ПВО страны работает безупречно и способно сбить любую цель на любой высоте. Ракетчики охотно приписали себе успех, а летчикам приказали молчать. Ментюков получил в награду наручные часы «Сатурн».
Интересно, что сам Пауэрс после возвращения в США в интервью утверждал: его сбил советский пилот, которого он отчетливо видел.
Как погиб Сафронов
Помимо Игоря Ментюкова в спецоперации участвовали еще двое пилотов: капитан Борис Айвазян и старший лейтенант Сергей Сафонов. Они поднялись в воздух на самолетах МиГ-19, которые даже технически не смогли бы достать U-2. Руководство ПВО решило подстраховаться, ведь если бы Пауэрса сбить не удалось, генеральские погоны полетели бы с плеч долой. Одновременно в небо были запущены самонаводящиеся ракеты, одна из них и стала причиной гибели С.И. Сафронова.
«В суматохе все забыли о том, что надо сменить код «свой-чужой», потому наши самолеты принимались за чужие, реальные цели. Вот почему меня активно обстреливали в своих зонах дивизионы майора Воронова и майора Шелудько. Приходилось маневрировать, уходить от ракет. Их по мне не одну выпустили. Еще три – по летчикам Айвазяну и Сафронову», – вспоминает И.А. Ментюков.
И если Борис Айвазян сумел сманеврировать и уклониться, то его коллега стал жертвой обстоятельств. Сергей Сафронов был посмертно награжден орденом Красного Знамени.
Н.М. Долгополов в своей книге «Абель – Фишер» предложил другое объяснение, почему наши ПВО сбили своего: «После взрыва первой ракеты на экранах индикаторов появилась рябь. Не имеющие серьезного опыта пуска С-75 офицеры решили, что противник применил радиопомехи. Уверенности, что наверняка сбили, не было. Тогда и поступил роковой для Сафронова приказ. Выпущенная ракета автоматически захватила цель…».
Кстати, американские историки утверждают, что за время холодной войны над территорией СССР были сбиты 20 самолетов U-2, пилоты которых предположительно погибли.
Пауэрс должен был взорваться
Генерал-лейтенант юстиции Николай Чистяков участвовал в следственных мероприятиях по делу Пауэрса. В книге воспоминаний «Тайные трибуналы КГБ. Ловля «кротов» (Москва, 2011 год издания) он написал: «Американские организаторы полета шпионского самолета в случае неудачи имели намерение любыми путями замести следы преступления. Они вложили в самолет два взрывных устройства, чтобы взорвать машину и не оставить никаких вещественных доказательств…».
Стоило пилоту нажать на кнопку катапультирования, сработало бы взрывное устройство. Возможно, летчик догадывался об этом. Пауэрсу удалось самостоятельно выбраться из покореженной кабины стремительно падавшего U-2, а его парашют открылся автоматически.
Впрочем, представители ЦРУ отрицали, что планировали убить пилота в случае обнаружения. Они утверждали, что Пауэрс знал о взрывных устройствах и мог уничтожить самолет со шпионским оборудованием без угрозы для собственной жизни.
После приземления американец был задержан жителями села Косулино и деревни Поварня Петром Асабиным, Владимиром Суриным, Анатолием Черемисиным и Леонидом Чужакиным. Люди отмечали Первомай, когда с неба к ним спустился парашютист в шлемофоне. Они поначалу приняли его за космонавта. Но потом поняли, что это иностранец, и сдали властям.
Интересно, что среди шпионского снаряжения Пауэрса была и игла с сильнодействующим ядом, который он должен был принять в случае провала. Ее обнаружили лишь при тщательном обыске. Фрэнсис Гэри вполне мог совершить самоубийство, но не стал этого делать.
Про соседа-эстонца
Известный писатель-диссидент Анатолий Марченко в своей книге «Мои показания», которая распространялась в самиздате с 1967 года, поведал о том, что Пауэрса содержали во Владимирском централе в особых условиях. К нему даже подсадили соседа-эстонца, знавшего английский язык, который должен был регулярно говорить шпиону, как хорошо живется в СССР.
«Так что напрасно, конечно, надеялись наши заключенные, что американский летчик, оказавшись на родине, сможет рассказать там об этом круге ада – настоящей тюремной жизни Пауэрс и не нюхнул», – написал А.Т. Марченко.
Фрэнсис Гэри не голодал, выглядел ухоженным, часто прогуливался, охранники обращались с ним корректно. Это сильно удивляло обычных сидельцев.
