«Напиток бессмертия»: откуда в России появился чайный гриб
Редкая советская кухня обходилась без трёхлитровой банки на подоконнике. Внутри плавала склизкая желтовато-коричневая «медуза», горловина была затянута марлей, а воздух витал с лёгким уксусным ароматом. Это был тот самый «чайный квас» — загадочный симбионт, заботливо передаваемый из поколения в поколение.
Но знали ли мы, откуда взялся этот слизистый гость, названный современными ЗОЖниками модным словом «комбуча»?
Путь сквозь тысячелетия
Родину этого напитка искать в архивах бесполезно: его естественная среда в природе не обнаружена. Исследователи сходятся лишь на Азии. По одной из версий — Тибет или Цейлон, по другой — Китай, где при династии Хань (III век до н. э.) его называли «кам-бу-ху» — эликсиром здоровья и бессмертия, способным балансировать энергию «ци».
Затем реликвия перекочевала в Японию. Утверждают, что примерно в 414 году нашей эры корейский медик по имени Комбу вылечил напитком японского императора Инге, отсюда и легендарное его название. Там его называли «комбутя» («чай из морской капусты» — ввели путаницу с настоящим водорослевым чаем).
В России: две версии, одна медуза
Следы на нашей земле теряются в дымке XIX века. Все сходятся, что появился он с востока.
Первая и самая точная зацепка датируется 1835 годом. Московский чиновник Петр Станцевич, занимавшийся отчётом о жителях Восточной Сибири, писал об Иркутске. Местные не только пили чай горячим, но и делали холодный, «настаивая на скользкой лепешке, подобной грибу, что на гнилых пнях произрастает». Этот квас оказался вкусным и целебным.
Затем — Русско-японская война 1904–1905 годов. Основная молва гласит: наши солдаты, воевавшие в Маньчжурии, переняли у китайцев напиток из медузы. Они и привезли первые экземпляры в Забайкалье, оттуда гриб поехал в Сибирь, а к началу XX века уже уверенно стоял в домах центральной России.
Не гриб, а дружная семейка
Несмотря на название, к грибам он имеет посредственное отношение. Это сплочённая колония дрожжевых грибков и сосуществующих с ними бактерий, единый организм под названием Medusomyces gisevii. Немецкий миколог Линдау в 1913 году классифицировал его за схожесть с медузой и дал научное имя«медузомицет».
Дрожжи бродили сахар в спирт и углекислый газ, уксуснокислые бактерии тут же превращали спирт в полезные кислоты и витамины. А эта плотная пленка как раз колония бактерий, выработанная естественным способом.
Блеск и нищета в СССР: почему он исчез
Особый расцвет случился в 70–80-х годах прошлого века. Банка с грибом была символом домашнего уюта, «домашним лекарством» от всех болезней. Его отростками делились по сарафанному радио, ведь в магазине такой продукт не купишь. Естественный шипучий вкус слегка напоминал квас, что делало его любимым лакомством детей и взрослых.
Но после перестройки колония стала исчезать на наших кухнях. В погоне за лимонадами и колой о слизистом «питомце» забыли. А как начала пропадать уверенность в его благотворном влиянии, и вовсе перестали заводить.
Из бабушкиной банки — в модный суперфуд
Ирония в том, что сейчас этот напиток возвращается, но под западным именем «комбуча» и ценой как у премиальной газировки. Наши бабушки же знали его секрет: этот склизкий организм и напиток из него — настоящий медленный эликсир долголетия, который появился у нас задолго до модных трендов и не нуждается в дорогой упаковке.
