Как подростки из подмосковного села Стеблево отбили свою деревню у немцев
В декабре 1941-го, когда фронт вплотную подошёл к Москве, в подмосковном селе Стеблево произошло то, что иначе как чудом не назовёшь. Десяток мальчишек от 11 до 16 лет, вооружённых трофейными винтовками, почти двое суток держали оборону против немецких частей. Они не были партизанами, не проходили военную подготовку и не получали приказов от командования. Они были просто детьми, которые не захотели, чтобы их дом сожгли. Эта история долгое время оставалась на периферии официальной памяти о войне — слишком уж она не вписывалась в привычные каноны. Но именно в ней, быть может, больше правды о той войне, чем в иных громких сводках.
Село, которое не успели эвакуировать
Волоколамск немцы заняли в конце октября 1941 года. Стеблево — деревня в тридцати километрах от райцентра, полсотни дворов, ткацкая фабрика, жизнь, размеренная веками. К ноябрю линия фронта подошла вплотную. Жители, кто мог, ушли в лес, вырыв землянки. В деревне остались женщины, старики и дети. Мужчин не было — все на фронте или в ополчении.
В Стеблево расквартировалось небольшое тыловое подразделение вермахта — ремонтники, техники, несколько солдат. Среди них были и французы, мобилизованные в немецкую армию. Они не зверствовали, но всех местных выгнали из домов и заняли избы. Тринадцатилетний Толя Николаев вместе с матерью вырыл землянку в собственном огороде — почва ещё не успела промёрзнуть. Бабушку пускали в родную избу только для того, чтобы приготовить еду для немцев.
На мальчишек оккупанты внимания не обращали. А зря. Ребята бегали по деревне, запоминали расположение техники, считали солдат, подслушивали разговоры — многие в школе учили немецкий. Потом бежали в лес и передавали разведданные партизанам. В окрестностях действовала группа Ильи Кузина, Героя Советского Союза, хромого от рождения, не попавшего на фронт, но прошедшего курсы подрывников. Мальчишки были его глазами и ушами.
«Подарок» от отступающих
15 декабря 1941 года началось контрнаступление под Москвой. В тот день в Стеблево появилась колонна немецкой техники — она уткнулась в разбитый мост через реку. Пока солдаты и староста гнали мужчин и подростков на восстановительные работы, со стороны леса показались всадники — советская разведка. Немцы открыли огонь, ранили одного бойца, а потом офицер выстроил своих в цепь и повёл к лесу. Оттуда грянули залпы. После недолгого боя гитлеровцы откатились, сели на технику и ушли в соседнее село.
В суматохе они забыли на улице автофургон. Это была походная мастерская, а в ней — два длинных ящика. В ящиках лежали совершенно новенькие, ещё в заводской смазке винтовки. Тут же нашлось несколько ящиков с патронами. Подростки растащили оружие по тайникам. Тогда никто ещё не предполагал, что оно очень скоро пригодится.
Выбор, который пришлось сделать
Через день по деревне пронёсся слух: немцы при отступлении жгут деревни. Люди с узелками пошли на восток, добрались до соседней деревни — а навстречу соседи, дальше всё полыхает. Вернулись в Стеблево. Что делать? Если дома сожгут — на морозе, а температура в те дни опускалась до минус пятнадцати-двадцати, долго не протянешь. Среди односельчан — в основном женщины и дети.
Утром деревню разбудил старик, бежавший по улице с криком: «Немцы!» Пошёл за водой к реке, а там они. Мужиков в селе нет. Одни женщины, старики и дети. Инициативу на себя взял Иван Володин — местный житель, срочником прошедший Финскую войну, тяжело раненный, комиссованный, поэтому в 1941-м не мобилизованный. Ему было около двадцати лет. Ветерана, пока стояли немцы, родные прятали где-то под домом. Теперь он вышел и взял командование на себя.
Выбор был невелик: либо немцы всё пожгут и, наверное, многих убьют, либо надо защищаться. В деревне осталось много оружия — даже пулемёт, несколько карабинов, пистолеты. В распоряжении Володина оказался десяток мальчишек от 11 до 16 лет: Толя Николаев, Павлик Никаноров, Толя Володин, Коля и Витя Печниковы, Ваня Рыжов, Петя Трофимов, Володя Розанов, Ваня Дервянов, Саша Крыльцов.
Тактика, придуманная на ходу
Ветеран придумал то, что позже назовут «ветеранской стратегией». В метровых сугробах между двух дорог на окраине села он вместе с ребятами проложил траншеи. Оружие разложили на огневых точках через каждые несколько десятков метров. Володин наскоро объяснил мальчишкам, как заряжать винтовки и как стрелять. Тактика была простой, но эффективной: сделать несколько прицельных выстрелов, пригнувшись перебежать на другую позицию, выстрелить снова. Так создавалась иллюзия, что оборону держит крупный отряд.
Вскоре на дороге появилась мотоциклетная коляска с немецким солдатом. Первым открыл огонь Саша Крыльцов. Не попал. Но немец поспешил скрыться. Потом появился отряд побольше. И тут пацанам пришлось вступить в настоящий бой. Они палили, конечно, не целясь — из пляшущих в руках от волнения винтовок.
Двое суток, которые спасли деревню
Немцы решили, что у деревни засели партизаны. Ввязываться в долгий бой они не стали. Отступили к соседней деревеньке примерно на километр и начали палить из миномёта. Мины попали в несколько домов — четыре, говорят, подорвали. Но никто, слава Богу, не погиб. Потом был немецкий самолёт. Он шёл очень низко и сбросил несколько небольших бомб. Деревенские убежали в лес. И снова пронесло.
Ночь прошла относительно спокойно. Наутро подросткам пришлось браться за оружие ещё несколько раз. К полудню стало ясно, что они расстреляли почти все патроны. И тут случилось ещё одно чудо: в Стеблево влетел на коне красноармеец, выслушал ребят и пообещал помощь. Вскоре в село вошла группа советских автоматчиков человек из двадцати. Они и сменили на позициях толком не спавших двое суток ребят.
Потом были новые миномётные обстрелы. Погиб один из солдат, несколько получили ранения. На следующий день появился ещё один красный отряд. Немцы Стеблево не сожгли. Зато спалили все соседние деревни и сёла. Стеблево оказалось единственным на всю округу селом, которое немцы не тронули. В соседней Харланихе уцелело всего несколько домов.
Что было после
Когда Толику Николаеву исполнилось шестнадцать, его записали в истребительный батальон. Такие подразделения формировали из партийных и комсомольских активистов для борьбы в тылу с диверсантами, мародёрами и бандитами, охраны складов. За годы войны через них прошли четыреста тысяч человек. В форме отец провёл два года. После войны прошёл срочную службу — пять лет на Северном флоте, крейсер «Железняк», башенный электрик, старшина второй статьи. Так и остался в родном Стеблево. Всю жизнь много работал: молотобойцем в кузне, механизатором на МТС, на комбайне хлеб жал. Умер в 1997 году в возрасте шестидесяти девяти лет.
Сам Анатолий Николаев не любил, когда кто-то начинал хвалить их, говорить про подвиг, героизм. Он считал, что им тогда просто повезло. Просто немцы не могли понять, с каким отрядом имеют дело, и не стали рисковать. Обошли деревню. Но факт остаётся фактом: несколько соседних деревень отступающие гитлеровцы сожгли, а Стеблево эти мальчики отстояли.
Память, которую не отменить
Сегодня при въезде в Стеблево стоит невысокий памятник с красной звездой. На камне высечено: «В память о поколении победителей… 16–17 декабря 1941 года… От благодарных потомков». И список из двенадцати фамилий. Возраст этих людей на камне не указан, но история сохранила: самому старшему было около двадцати, остальным — от одиннадцати до шестнадцати. Никто уже не знает, кто первый назвал этих ребят «Волоколамскими мальчишами». Но запомнили их именно так.
История Стеблево — это не лубок и не советская агитка, как иногда пытаются представить в комментариях под статьями. Это документированный факт, восстановленный по воспоминаниям свидетелей, записям сельского учителя истории Николая Новикова, публиковавшимся в районной газете «Заветы Ильича», и рассказам сына одного из участников тех событий. Двенадцать мальчишек, один молодой ветеран, трофейные винтовки и глубокие траншеи в снегу. Этого оказалось достаточно, чтобы переиграть отступающего, но всё ещё опасного врага.
«Волоколамские мальчиши» — не единственный пример детского героизма в той войне. Но, пожалуй, один из самых чистых. Они не рвались в бой, не мечтали о славе. Они просто хотели, чтобы их дом остался стоять. И когда взрослых мужчин в деревне не осталось, взяли оружие сами. Не потому что были смелее других. Потому что отступать было некуда.
