История

Временный брак: почему русские офицеры на Кавказе заключали только его

Автор: Орынганым Танатарова  |  2020-07-24 16:00:19

Солдаты и офицеры любой армии, оказавшись вдали от дома, часто испытывают сексуальный голод. Обычно эта проблема решается через отношения с местными жительницами: насильственные или договорные – за определенную плату. Во время Кавказской войны 1817-1864 годов многие русские офицеры заключали с горянками временные (кебинные) браки, выплачивая их родителям калым, согласно местным обычаям. Три такие жены были, например, у генерала Алексея Ермолова.

Брак или прелюбодеяние

Временный брак – тема многовековых споров между исламскими богословами и учеными. По сути, это соглашение между мужчиной и женщиной о сожительстве на определенный срок, за что представительница прекрасного пола получает заранее оговоренное материальное вознаграждение. Дети от таких браков, как правило, не могут унаследовать имущество отца после его смерти, хотя и считаются законнорожденными. Впрочем, все зависит от личной договоренности между временными супругами.

Далеко не все мусульмане признают такие союзы. Имам-хатыб Московской Мемориальной мечети на Поклонной горе Шамиль Аляутдинов посвятил данной теме статью «Временный брак (мут‘а)», которая опубликована на информационно-просветительском сайте Umma.ru. Священнослужитель отметил, что мусульмане-сунниты полностью отвергают саму идею временных супружеских отношений, считая их завуалированным прелюбодеянием.

«Среди богословско-правовых школ шиитского толка временный брак (мут‘а) допускается только последователями джа‘фаритского (имамитского) мазхаба. Для заключения временного брака у имамитов достаточно упомянуть махр (в данном случае это материальное вознаграждение) и оговорить срок сожительства. Присутствие свидетелей и опекуна на церемонии бракосочетания не является необходимым условием», – написал Ш.Р. Аляутдинов.

Распространение обычая кебинных браков на Северном Кавказе многие исследователи связывают с влиянием иранских богословов-джафаритов, несмотря на то, что большинство местных мусульман являются суннитами. Кроме того, такие союзы могли заключаться, если парень похитил девушку: мнение ее родителей в этом случае никто не спрашивал. А иногда бедные супруги были вынуждены соглашаться на временные браки своих дочерей с местными богачами, получая калым за свою сговорчивость.

Мужья или насильники

Многие русские военные, узнав о возможности заключения временных браков от местных жителей, не замедлили воспользоваться такой возможностью. Об этом известный военный историк Василий Потто упомянул в своей книге «Кавказская война. В очерках, эпизодах, легендах и биографиях» (Москва, 2014 г.). В частности, офицеры вступали в отношения с кумычками – жительницами Мехтулинского ханства, существовавшего в XVII-XIX веках на территории современного Дагестана.

«Таким образом, воевать было не с кем, и Ермолов, поселившись сам в Казанищах, расположил свои войска на зимовые квартиры по мехтулинским селениям. Зимовка эта, вопреки ожиданиям, оказалась удобной и веселой. Многие холостые офицеры, а в том числе и сам Ермолов, пользуясь свободой мехтулинских нравов и заплатив калым, требуемый законами страны, поженились на мехтулинках так называемым кебинным браком…» – написал В.А. Потто.

Причем, сам А.П. Ермолов, вспоминая о тех временах, отмечал, что русские военные «…скучную стоянку обратили в рай Магометов». Очевидно, генерал намекал на известное исламское предание, что каждого праведника в раю ждут девственные гурии.

Исследователи, далекие от романтических иллюзий, однако, сомневаются как в законности кебинных браков, заключенных православными христианами, так и в их добровольности. Девушек могли просто принуждать к сожительству, вырвав из родных семей силой. К тому же, официально не признанный в России кебинный брак никак не ограничивал личную свободу офицеров, считавшихся холостяками. Вернувшись домой после службы на Кавказе, они могли выгодно жениться на дочерях потомственных дворян.

Отдельные историки утверждают, что представители местной аристократии, желая заручиться поддержкой русских офицеров, банально подкладывали под них дочерей своих должников или подчиненных. Или даже продавали девушек во временное пользование, прикрываясь местными традициями.

По крайней мере, кумыки – основное население Мехтулинского ханства – всегда были суннитами, а значит, не могли поддерживать обычай кебинных браков. Именно насилием над местными женщинами некоторые историки объясняют массовое переселение кумыков в Турцию, происходившее в XVIII-XX веках.

Вышеупомянутый генерал А.П. Ермолов, служивший на Кавказе в 1816-1827 годах, имел нескольких наложниц. История сохранила имена лишь трех из этих женщин, поскольку они родили детей от русского военачальника.

Ермолов и его жены

Личную жизнь генерала подробно описал известный историк-кавказовед Адольф Берже в статье «Алексей Петрович Ермолов и его кебинные жены на Кавказе. 1816-1827 гг.», которая была опубликована в ежемесячном издании «Русская старина» (том 43, выпуск 9 за 1884 г.). Исследователь рассказал, что в ноябре 1819 года русский генерал прибыл в селение Тарку, где заключил кебинный брак с дочерью некого Абдуллы, которую звали Сюйду (Сюйда). Она родила от А.П. Ермолова сына Бахтияра, получившего при крещении православное имя Виктор.

Вообще, со всеми своими временными женами военачальник заключал соглашение: после расставания сыновья остаются с ним, а дочери – с матерью. Брак генерала с Сюйду продлился недолго, молодая женщина, которая была вынуждена расстаться с маленьким сыном, вернулась на родину. Там она вышла замуж за местного жителя.

Другая кумычка – Тотай, отца которой звали Ака (Акай), из селения Кака-Шура – прожила с А.П. Ермоловым в Тифлисе семь лет. Она родила в кебинном браке четырех детей, один из которых умер в младенчестве. Сыновья Аллах-Яр (Северьян или Север) и Омар (Клавдий) также как и их единокровный брат Виктор остались с отцом. А единственная дочь генерала Сатиат (София) жила с матерью.

Судя по всему, родители не хотели отдавать Тотай русскому генералу во временное пользование. Тем более что у нее был жених – односельчанин Искендер. За него девушку даже выдали замуж, надеясь, что факт заключения брака охладит пыл А.П. Ермолова. Но уж очень Тотай понравилась генералу, который увидел ее, будучи в Кака-Шуре проездом. Вернувшись из очередного похода, военачальник приказал своим подчиненным доставить к нему эту кумычку. Русские силой забрали Тотай из дома ее мужа и привезли к А.П. Ермолову.

Как отметил в своей статье А.П. Берже, несчастный Искендер не смог пережить разлуки с любимой женой, он тяжело заболел и скончался через два года. Отцу Тотай, который ринулся в погоню, надеясь вернуть свою дочь домой, пришлось смириться. Впрочем, генерал вручил ему шубу, серьги и перстень.

Несмотря на явное расположение А.П. Ермолова и совместных детей, Тотай отказалась принять православие и уехать в Россию вместе с мужем после завершения его службы на Кавказе. Тогда он отпустил кумычку, и женщина вернулась на родину вместе с дочерью. Как и ее предшественница Сюйда, вторая кебинная супруга военачальника тоже предпочла выйти замуж за местного мужчину – жителя селения Гили.

Третьей в списке временных жен А.П. Ермолова стала Султанум Бамат-кызы (дочь Бамата). С ней он познакомился во время вышеупомянутой зимовки в селении Казанищи. Она родила сына Исфендиара (Петра), который умер по пути в Тифлис. Молодая женщина, лишившаяся ребенка, вернулась на родину, где также вскоре вышла замуж.

Некоторые исследователи пишут, что у любвеобильного А.П. Ермолова был еще один сын – Николай, которого родила русская крепостная девушка. С ней генерал сожительствовал после возвращения в Москву.

Сыновья и дочь

Кандидат исторических наук Алексей Шишов в книге «Полководцы кавказских войн» (Москва, 2001 г.) отметил, что А.П. Ермолов был хорошим отцом. Он перевез всех своих сыновей в Россию, где они получили высшее военное образование. Виктор, Север и Клавдий стали офицерами, они служили в царской армии.

По российским законам, незаконнорожденные дети не имели права на фамилию отца, поэтому поначалу все они были записаны как Горские. Но впоследствии генерал добился у императора Александра II официального признания своих сыновей, они получили дворянский статус и фамилию Ермоловы. Отец всю жизнь помогал детям, как мог. В завещании он разделил все свое имущество между ними.

Дочь военачальника Сатиат получала от отца ежегодное содержание в 500 рублей – солидные деньги по тем временам. Еще 300 рублей в год А.П. Ермолов платил ее матери Тотай.

Князь Александр Дондуков-Корсаков рассказал о своем знакомстве с дочерью военачальника Софией Алексеевной, как он ее называл, в работе «Мои воспоминания. 1845-1846 гг.», которая опубликована в периодическом издании «Старина и новизна» (книга 6 за 1908 г.). В мемуарах князя Сатиат – энергичная красавица с добродушными чертами лица.

«Она была замужем за простым поселянином села Гили, понимала немного по-русски и особенно любила русских, называя их родными братьями. Она подробно расспрашивала о своих братьях. Я с ней очень подружился и всякий раз, когда бывал в Гилях, она меня встречала с непритворным радушием», – написал А.М. Дондуков-Корсаков.

Клавдий и Север Ермоловы, служившие в артиллерийском подразделении Кавказского корпуса, часто навещали родную сестру, а вот старший Виктор, у которого была другая мать, общался с ней реже.

Добавить комментарий

Чтобы оставить комментарий необходимо
Читайте также:
Рекомендуемые статьи
Рекламные статьи