Почему древние славяне избавлялись от пожилых соплеменников
В условиях суровой действительности древнего мира, где не существовало ни системы пенсионного обеспечения, ни домов престарелых, вопрос содержания немощных стариков часто становился для общины или семьи вопросом физического выживания. Жестокая экономическая необходимость породила у многих народов мира практику, которую современный человек воспринимает с ужасом — обычай добровольного или вынужденного «ухода» из жизни престарелых родителей.
Эта традиция, известная антропологам как «сеницид» (умерщвление стариков), была широко распространена и принимала различные формы.
Национальные способы умерщвления
В Древней Греции существовал обычай сбрасывать со скалы достигших преклонного возраста стариков. У чукчей и якутов был ритуал, который внешне напоминал торжественные проводы. Старика, одетого в чистые белые одежды из оленьих шкур, отвозили на санях в безлюдное место. Как отмечал этнограф Зеленин, якуты, давая ему последнюю трапезу из лучших блюд, символически называли это «поездкой на свадьбу». В Японии вплоть до XIX века среди беднейших слоев населения практиковался обряд «убасутэ» (досл. «отказ от старухи»). Немощных родителей уводили в глухие горные районы и оставляли там. Ингуши и древние колхи использовали для этого специальные места — «долины смерти», куда стариков относили в корзинах или сбрасывали с уступов. У монголов, имевших пословицу «зловещий старик тот, который увидит своих правнучат», был распространен обычай закапывать стариков в землю. Буряты проводили сложную ритуальную церемонию «Хэрмэн зэгэтэ-аба» с использованием бараньего жира, которая, как правило, заканчивалась смертью.
«Пора на лубок»: следы традиции на Руси
Подобные обычаи, хоть и в менее ритуализированной форме, бытовали и у восточных славян в дохристианский период. Согласно этнографическим исследованиям, стариков, которые теряли способность заботиться о себе, могли отвести в глухой лес и оставить там на произвол судьбы.
«Голые женские дуэли» в Российской империи: что это было
В языке сохранились следы этой мрачной традиции. Архаичные выражения «посадить на салазки» (в русском) и «сажать на лубок» (в украинском) были эвфемизмами, означавшими скорую смерть престарелого человека. Как пишет этнограф Литвинова, старика сажали на луб (кусок коры) и спускали в глубокий овраг, что гарантировало быструю гибель. Позже, когда открытые убийства были запрещены, практика сменилась изоляцией в пустой, неотапливаемой хате.
Удивительно, но, как свидетельствуют источники, отдельные случаи подобного рода фиксировались в некоторых губерниях Российской империи (Полтавской, Минской, Новгородской) вплоть до конца XIX века.
Между жертвой и жертвоприношением
Ученые полагают, что корни этого явления лежат не только в банальной экономической выгоде. Во многих культурах оно было тесно переплетено с религиозными культами и представляло собой форму жертвоприношения.
Например, чукчи верили, что смерть от болезни отдает душу человека во власть злого духа кэле. Помогая старику умереть «правильной» смертью, родственники не только избавляли его от страданий, но и обеспечивали себе покровительство его духа в загробном мире.
Глубокий нравственный пересмотр этих обычаев прекрасно отражает распространенная у славян притча. В ней мальчик, помогая отцу увезти деда в лес, просит не оставлять там сани. На вопрос отца он отвечает: «А чтобы отвезти вас с матерью в лес, когда вы состаритесСалазки и лубок
Подобные обычаи практиковались и на Руси в дохристианский период. Если верить источникам, древние славяне заводили стариков-родителей, которые уже не могли заботиться о себе сами, в глухой лес и там оставляли.
Русские с какими фамилиями родом из Великого Новгорода
Дальше ситуация могла развиваться по-разному. Кто-то становился добычей диких зверей, а кто-то умирал своей смертью от голода и холода. Иногда перед тем как оставить в лесу, стариков забивали насмерть ударом по голове. Нередко такую «работу» поручали кузнецам, владевшим тяжёлым молотом.
В русском языке существует такое архаичное выражение, как «посадить на санки» или «посадить на салазки». В украинском есть аналог – «сажать на лубок» или – «пора на лубок». Все это имеет отношение к смерти.
Этнограф Литвинова, пишет: «Людей старых, не подававших надежду на жизнь, вывозили в зимнюю пору в глухое место и опускали в глубокий овраг, а чтобы при опускании они не разбились или не задерживались на свете, их сажали на луб, на котором они, как на санях, доходили до дна оврага… Когда этот обычай был запрещён, то стали прибегать к изолированию стариков в пустой хате, где они с голоду и холоду помирали».
Последний случай исследовательнице пришлось наблюдать уже в 80-х годах XIX века в деревне Землянка Полтавской губернии.
А вот свидетельство уездного землемера Пржиборовского: «Обычай этот существует не только в Малороссии, но и в других местах (например, в Новгородской губернии и лесных уездах Минской губернии)… Дети привязывают старика к салазкам и вывозят его, помимо его воли в степь, на мороз…».
Конец культа
Этнографы и фольклористы полагают, что традиция умерщвления стариков была связана не только с тяжёлыми условиями жизни, но и с религиозными культами, и усматривают в этом элементы жертвоприношения.
Так, по словам исследователя Богораза, те же чукчи верили, что если человек умирает от болезни, то его пожирает злой дух – кэле, и после кончины умерший сам превращается в кэле и вредит живым. Поэтому старику «помогали» умереть, и тогда дух его с того света оказывал родным всяческую помощь и поддержку.
Между тем у славянских народов встречается такое предание (в разных вариациях). Отец с сыном отвозят старого дедушку на санях в лес и оставляют там. Мальчик беспокоится об оставленных в лесу санках, а на вопрос отца, зачем они ему, отвечает: «А чтобы отвезти вас с матерью в лес, когда те состарятся».ь». Эта простая история стала мощным аргументом в пользу милосердия и уважения к старости, положив конец древней и жестокой традиции.
Катастрофа Аральского моря: куда на самом деле оно исчезло
Наполеон в Кремле: что сделали французы во время оккупации Москвы
«Настоящий» Гоцман: кем был прототип главного героя сериала «Ликвидация»
Читайте наши статьи на Дзен
