Подпись Ельцина: какой «диагноз» поставили графологи
Борис Ельцин остаётся одной из самых харизматичных и противоречивых фигур новейшей истории. Его окружение описывало его как простодушного и мужественного лидера, а противники — как хитрого и властного оппортуниста. Где же правда? Неожиданный ответ могут дать не мемуары, а… его подпись. Графологический анализ знаменитой «загогулины» Ельцина подтвердил одни черты его характера и безжалостно опроверг другие.
Два портрета: каким видели Ельцина современники
Окружение рисовало образ харизматичного «народного» лидера. Режиссёр Эльдар Рязанов отмечал его наивность и простодушие, Владимир Путин — мужество и прямоту. Политологи говорили об упорстве и эксцентричности.
«Голые женские дуэли» в Российской империи: что это было
Противники, как, например, Руслан Хасбулатов, видели иную картину: «животная» хитрость, изворотливость, жажда власти и склонность к паническим страхам при отсутствии, по его мнению, выраженного интеллекта.
Что раскрыла подпись: скрытность, артистизм и вызов
Анализ знаменитой размашистой подписи, проведённый экспертами, дал удивительно точный психологический портрет.
- Своенравный характер и скрытность: Необычное написание буквы «Б» с разрывом указывает на сильную волю и своенравие. А постепенное уменьшение букв к концу подписи, по мнению графолога Ильи Щеголева, выдаёт человека скрытного, не склонного раскрывать все карты.
- Эмоциональность и артистизм: Раздутые заглавные буквы — классический признак эмоциональности, артистизма и желания быть в центре внимания. Сильный наклон влево интерпретируется как поза, вызов обществу, стремление «сделать наперекор».
- Опровергнутый страх: А вот в трусости и панических страхах, о которых писал Хасбулатов, графология Ельцина отказала. Такой почерк характерен для решительных, а не сомневающихся натур. Страх, который видели оппоненты, мог быть внешней реакцией, но не доминирующей чертой личности.
Подпись как проекция жизни
Выводы графологов находят яркое подтверждение в биографии Ельцина. Его своенравный характер проявился ещё в школе, откуда его исключили за постоянные конфликты с учителями. Эмоциональность и артистизм стали фирменным знаком его публичных выступлений, сводивших с ума одних и раздражавших других. А желание бросить вызов было кредо всей его политической карьеры — от противостояния с партийной верхушкой до танка на Белом доме.
Таким образом, причудливые завитки ельцинской подписи оказались не просто росчерком, а точной психологической картой. Они подтвердили образ харизматичного, эмоционального и волевого лидера, который мастерски играл на публику, но при этом оставался закрытым и крайне своевольным человеком
