Феликс Дзержинский: зачем он убил свою любимую сестру

В биографии «железного Феликса» есть эпизод, который старательно обходили все официальные жизнеописания. В 1892 году в родовом имении Дзержиново погибла младшая сестра будущего основателя ВЧК — Ванда. Ей было двенадцать лет. Рядом находились двое братьев и ружьё. С тех пор история обросла таким количеством версий, что отделить факты от легенд почти невозможно. Разбираемся, что действительно известно, а что является позднейшим домыслом.

Семья, где все подчинялись Феликсу

Ванда Эдмундовна Дзержинская родилась в 1878 году — на год позже Феликса . В большой семье мелкопоместного дворянина Эдмунда Дзержинского росли восемь детей, и младшие тянулись к энергичному, шумному Феликсу. Старшая сестра Альдона позже вспоминала: «В раннем возрасте он обычно играл с сестрой Вандой, которая всегда подчинялась его воле. Во всех играх с ней и младшим братом Владиславом вожаком был Феликс» .

Эта деталь важна. Феликс с детства привык командовать, и Ванда действительно была для него близким человеком. Но близость эта не выходила за рамки обычного старшего брата, обожавшего возиться с младшими. Никаких свидетельств о чём-то большем в семейных воспоминаниях не сохранилось. Разговоры о «запретной любви» появились гораздо позже — и почти исключительно в окололитературной среде.

День, о котором в семье не говорили

Летом 1892 года в Дзержинове произошла трагедия. Согласно наиболее распространённой версии, двое братьев — Станислав, только что окончивший виленскую гимназию, и Феликс — взяли ружьё и стали стрелять по мишени. В какой-то момент на линии огня оказалась Ванда. Выстрел оказался смертельным .

Ключевая деталь: свидетелей не было. Считается, что ружьё находилось в руках Станислава, но утверждать это с абсолютной уверенностью нельзя. Исследователь Игорь Ратьковский, автор работы о Дзержинове, обращает внимание на важное обстоятельство: Станислав с юности был страстным охотником, в отличие от Феликса, который, по воспоминаниям родных, «не принимал участия в охоте, слишком любил он свободу этих лесных жителей» .

Это склоняет чашу весов в пользу версии о случайности и вине именно Станислава. Но есть и другая деталь, которую отмечает тот же исследователь: возможно, Станислав стрелял не с Феликсом, а с двоюродным братом — Феликсом Феликсовичем Завадским, однокашником по гимназии. После 1892 года тесные связи двух семей резко ослабевают . Если это так, то Феликс Дзержинский вообще мог не держать ружьё в тот день.

Достоверно известно одно: в семье эта тема никогда не обсуждалась. Ни Феликс, ни Станислав, ни другие братья и сёстры не упоминали о смерти Ванды в письмах и воспоминаниях. Трагедия осталась закрытой страницей, которую родные предпочли не открывать .

Откуда взялась версия об убийстве

Первое, что стоит сказать прямо: версия о том, что Дзержинский «убил сестру из ревности», не имеет под собой никакой документальной основы. Она появилась в постсоветской публицистике, где фигура основателя ВЧК была мишенью для самого разного рода разоблачений. Леонид Млечин, автор книги о Дзержинском, прямо пишет: «Говорят, будто юный Феликс безумно влюбился в сестру Ванду, а девочка не отвечала ему взаимностью. Охваченный безумной ревностью, Феликс застрелил её из отцовского ружья». И тут же добавляет: это лишь одна из версий, и «чья именно пуля её убила — Феликса или Станислава, — осталось неизвестным» .

Проблема с этой версией даже не в отсутствии доказательств. Проблема в арифметике. Ванда родилась в 1878 году, Феликс — в 1877-м . В момент трагедии ей было двенадцать лет, ему — четырнадцать. Разговоры о «ревности» к двенадцатилетней девочке выглядят, мягко говоря, натянуто. Публицист Вера Владимирова, разбиравшая эту историю, замечает с нескрываемым раздражением: «Некоторые горе-исследователи уписались, что в 18 лет Дзержинский якобы питал запретные чувства к этой 15-летней сестре, и потому застрелил её. Вообще, Дзержинский умел и стрелять, и на охоту в юности ходил, но, ребята, на момент смерти Ванде было 12 лет, Феликсу — 11» . Здесь вкралась неточность в годе рождения Феликса (он всё же 1877-й, а не 1881-й), но суть передана верно: возраст не сходится.

Альдона: сестра, которую любили иначе

Путаница между Вандой и Альдоной возникает не случайно. Именно со старшей сестрой Альдоной у Феликса сложились те отношения, которые посторонние наблюдатели позже пытались представить чем-то большим, чем родственная привязанность.

Альдона была старше Феликса на восемь лет. После смерти матери именно она стала тем человеком, к которому он обращался за помощью и поддержкой. Она провожала его в тюрьмы и ссылки, высылала деньги, хлопотала о нём. Ей адресована большая часть его писем из заключения . В одном из писем, отправленных уже после революции, когда Дзержинский стоял во главе ВЧК, он писал ей: «Я хотел бы увидеть тебя, и, может быть, лишь тогда ты почувствовала бы, что я остался таким же, каким был в те времена, когда я был тебе близок не только по крови…» .

Фраза «не только по крови» дала повод для спекуляций. Но контекст письма целиком опровергает любые догадки. Это письмо человека, который пытается объяснить сестре, почему он стал тем, кем стал. Почему его имя внушает ужас. Альдона не понимала и не принимала его революционный фанатизм, и он мучительно искал у неё хоть каплю понимания. «Ты обращаешься своей мыслью и душой к прошлому. Я вижу будущее и хочу и должен сам быть участником его создания…» . Это не любовное признание. Это крик человека, отрезанного от собственной семьи той ролью, которую он на себя взвалил.

Что остаётся после всех версий

Если отбросить домыслы, картина проста и трагична. В дворянской усадьбе, где дети росли без должного присмотра, двое подростков играли с оружием. Погибла девочка. Никто не был наказан — во всяком случае, никаких сведений о последствиях для Станислава или Феликса нет. Семья замолчала эту историю, и молчание оказалось настолько плотным, что спустя десятилетия его заполнили самые фантастические предположения.

Дзержинский действительно не был ангелом. Человек, создавший ВЧК и подписавший тысячи смертных приговоров, не нуждается в дополнительной демонизации через детскую трагедию. Но именно поэтому стоит отделять одно от другого. Смерть Ванды — это несчастный случай, а не эпизод биографии «убийцы с детства». Версия об убийстве из ревности не выдерживает проверки ни возрастом, ни отсутствием каких-либо свидетельств, ни молчанием тех, кто знал семью изнутри.

История с Вандой — не о том, каким чудовищем был юный Феликс. Она о том, как легко история превращает случайную смерть в удобную легенду. И как трудно потом отделить одно от другого, когда молчание длится больше века.

«Окаменевшая Зоя»: что стало с коммунисткой-богохульницей из Куйбышева

Владимир Серегин: что известно о летчике, который разбился в одном самолете с Гагариным

Расшифровка ДНК Сталина: что она показала

«Главный соблазнитель СССР»: судьба брачного афериста Юрия Ладжуна

5 самых воинственных народов в мире

Какие территории на самом деле советская власть присоединила к Украине

Читайте наши статьи на Дзен