Жозефина Гензи: на кого работала любовница Тухачевского
Есть в истории Большого террора фигура, которая до сих пор не даёт покоя исследователям. Женщина, чьё имя прозвучало из уст самого Сталина, но чьё существование не подтверждено ни одним архивным документом. Жозефина Гензи — певица, соблазнительница, разведчица германского рейхсвера, любовница маршала Тухачевского. Или всё-таки пропагандистский фантом, созданный для оправдания расправы над военной элитой? Разбираемся, что известно достоверно, а что остаётся мифом.
Роковая речь 2 июня 1937 года
Всё началось с выступления Сталина на расширенном заседании Военного совета при наркоме обороны. Страна ещё не оправилась от шока после расстрела маршала Тухачевского и семи других военачальников, обвинённых в «военно-фашистском заговоре». И тут вождь, импровизируя, произнёс имя, которого не было ни в одном следственном деле.
«Есть одна разведчица опытная в Германии, в Берлине. Вот когда вам, может быть, придётся побывать в Берлине, Жозефина Гензи, может быть, кто-нибудь из вас знает. Она красивая женщина. Разведчица старая. Она завербовала Карахана. Завербовала на базе бабской части. Она завербовала Енукидзе. Она помогла завербовать Тухачевского. Она же держит в руках Рудзутака» .
Стенограмма сохранила и детали: «Будто бы она сама датчанка на службе у немецкого рейхсвера. Красивая, очень охотно на всякие предложения мужчин идёт, а потом гробит» . Дипломат Карахан, секретарь ЦИК Енукидзе и латышский революционер Рудзутак — все трое будут расстреляны в течение следующего года.
Певица из офицерских клубов
Согласно версии, кочующей по страницам публицистики, Гензи была «соблазнительной блондинкой с голубыми глазами», певицей, выступавшей в офицерских клубах . Её коньком были легкомысленные шансоны, а методом — «бабская часть» разведки, как выразился сам Сталин. Олег Смыслов в книге «Любви все звания покорны» описывает её именно так, а Елена Прокофьева добавляет: пользуясь внешностью, Гензи вербовала военных и политиков с не меньшей лёгкостью, чем покоряла их сердца .
Почему эта версия казалась убедительной? Потому что Тухачевский действительно был известен своей любвеобильностью. Три официальных брака, гражданская супруга, череда романов — от певицы Большого театра до Надежды Пешковой, вдовы сына Горького . «Красный маршал» был идеальной мишенью для «бабской части» разведки, и появление роковой женщины в этой истории выглядело почти естественно.
Датчанка на службе рейхсвера
Если верить Сталину, Гензи была родом из Дании и состояла на службе германского рейхсвера. Здесь возникает первая серьёзная странность. Рейхсвером вооружённые силы Германии назывались только до 1935 года, когда на смену пришёл вермахт. В 1937 году использовать этот термин — либо грубая ошибка, либо признак того, что Сталин пересказывал старую фальшивку, подброшенную ему спецслужбами .
Сторонники реальности Гензи, впрочем, приводят свои аргументы. Валентин Лесков в книге «Сталин и заговор Тухачевского» утверждает: она была внучкой видного датского политика Адама Мольтке, занимавшего посты министра финансов, иностранных дел и премьер-министра. Девушка из семьи потомственных военных, знавшая несколько языков, не могла не привлечь внимание немецкой разведки. Завербовал её лично Вильгельм Канарис, будущий глава абвера. Причём Гензи поставила условие: против Франции, родины отца, она работать не будет. Против России — сколько угодно .
По версии Лескова, после войны Канарис отправил её через Испанию в Латинскую Америку, вручив на хранение свои настоящие дневники. Там она вышла замуж, сменила фамилию и спокойно дожила до старости .
Или её никогда не было?
Скептики указывают на очевидное: ни одного документа, подтверждающего существование Жозефины Гензи, не найдено. Ни фотографии, ни агентурного донесения, ни упоминания в архивах абвера или советских спецслужб. Полная пустота .
Анатолий Сульянов, автор книги «Берия: арестовать в Кремле», уверен: Сталин опирался на фальсифицированные следственные материалы, подготовленные Ежовым. Отсюда и загадочная фигура, и архаичное название немецкой армии, и общая невнятность обвинений . Историк Борис Соколов, впрочем, выдвигал иную версию: Гензи могла быть женой комкора Фельдмана и родственницей Тухачевского по одной из его жён — то есть знала о маршале многое в силу родства, а не шпионской работы .
Есть и третье объяснение. За несколько недель до речи Сталина, 4 мая 1937 года, «Правда» опубликовала статью С. Уранова «О некоторых коварных приёмах вербовочной работы иностранных разведок». Сталин прямо сослался на неё в своём выступлении . Возможно, образ Гензи был собран из газетных штампов о коварных иностранных вербовщицах — готовый литературный персонаж, который вождь пустил в ход, чтобы объяснить военным, как их товарищи могли дойти до предательства.
Зачем Сталину понадобилась женщина
Здесь, пожалуй, самое интересное. Даже если Гензи существовала, её роль в деле Тухачевского выглядит странно. Обвинения против маршала строились на показаниях и «признаниях», добытых следствием. Ни в одном из них Гензи не фигурирует. Она появляется только в устной речи Сталина — импровизации, а не официальном документе.
Зачем вождь упомянул её? Ответ может лежать в психологии власти. Объяснение «их разложила баба» было понятным, почти бытовым. Оно приземляло заговор, делало его доступным для «кремлёвских бояр», не искушённых в тонкостях разведки. Одновременно оно унижало Тухачевского: блестящий маршал, «наполеон» гражданской войны, оказался жертвой певички из офицерского клуба. В этом была издёвка, почти литературная .
И, наконец, самое простое объяснение: имя Гензи понадобилось, чтобы скрыть реальную подоплёку чистки армии. Пока обсуждали коварную датчанку, за кадром оставался вопрос о том, зачем Сталину потребовалось уничтожать высший командный состав накануне войны.
Так на кого же она работала
Если Жозефина Гензи существовала, она работала на германскую разведку — по крайней мере, так гласит версия, восходящая к словам Сталина и построениям Лескова. Если её не было, она работала на сталинскую пропаганду: стала тем именем, которым прикрыли одну из самых страшных страниц 1937 года.
Скорее всего, мы никогда не узнаем наверняка. Архивы молчат, а те, кто мог бы что-то подтвердить, давно мертвы. Но сама фигура Гензи — певицы, шпионки, любовницы, призрака — остаётся идеальным символом эпохи, в которой правда и вымысел переплетались так плотно, что уже не отличить одно от другого. Вопрос «на кого она работала» в конечном счёте упирается в другой: кто и зачем создал её образ. И ответ на этот вопрос куда страшнее любой шпионской истории.
