По какому пути пошел бы СССР, если бы Троцкий одержал победу в противостоянии со Сталиным
История не терпит сослагательного наклонения, говорят историки. И всё же вопрос о том, какой могла бы быть Россия, если бы не Сталин, а Троцкий, не даёт покоя уже почти век. Официальная пропаганда представляла Троцкого «демоном революции», а оппозиционеры, напротив, видели в нём человека, который спас бы страну от ужасов 1937 года. Попробуем разобраться, что же реально стояло за троцкистской альтернативой.
Две концепции, два мира
Идеологический водораздел между Сталиным и Троцким был куда глубже личных амбиций. Он касался самого понимания того, что такое социализм и как его строить.
Сталин выдвинул концепцию «социализма в одной стране» — идею о том, что СССР может и должен построить социализм самостоятельно, не дожидаясь мировой революции . Это был прагматичный, государственнический подход: сначала укрепить страну, а потом уже думать о помощи другим.
Троцкий, напротив, оставался приверженцем теории «перманентной революции» . Он считал, что построить социализм в отдельно взятой стране невозможно, и Советский Союз должен стать «пороховой бочкой» мировой революции, щедро финансируя и вооружая коммунистические движения по всему миру .
Для Троцкого СССР был не самоценным государством, а «базой для мировой революции», чьи ресурсы должны были работать на экспорт революции . Это означало бы неизбежное обострение отношений с Западом и, вероятно, серию локальных конфликтов.
Внутренняя политика: тирания или «социализм с человеческим лицом»?
Здесь мнения исследователей расходятся кардинально.
Первый взгляд: «Троцкий — тот же Сталин, только хуже»
Эта точка зрения основывается на реальной деятельности Троцкого в годы Гражданской войны. Именно он ввёл в Красной армии заградотряды и децимации — расстрел каждого десятого в отступающих частях по жребию . Его принцип был прост: «Нельзя строить армию без репрессий, нельзя вести массы людей на смерть, не имея в арсенале командования смертной казни…» . Создание трудовых армий, практика расстрелов заложников — всё это было его «почерком» задолго до прихода Сталина к единоличной власти .
Сторонники этой точки зрения полагают, что при Троцком репрессии не стали бы мягче. Троцкий был не меньшим фанатиком, чем Сталин, просто его фанатизм был направлен на другие цели. Он «ни в чём не признавал полутонов, полумер и компромиссов. Его фанатизм и жестокость были совершенно запредельны — даже для большевиков» .
Второй взгляд: «Троцкий — демократ и противник бюрократии»
Эта версия популярна среди левой оппозиции. Согласно ей, Троцкий был непримиримым противником партийной бюрократии, которая, по его мнению, узурпировала власть и превратила диктатуру пролетариата в диктатуру аппарата . Он ратовал за вовлечение масс в управление государством и большую демократию .
Соответственно, Большого террора, по мнению сторонников этой версии, не случилось бы. Власть осталась бы жёсткой и авторитарной, но репрессии были бы точечными, направленными против реальных политических противников, а не против «врагов народа» выдуманных .
Экономика: НЭП или форсированная индустриализация?
Здесь противоречия не менее остры.
Троцкий, в отличие от Сталина, сомневался в необходимости форсированной коллективизации. Он осознавал, что принудительное слияние крестьян в колхозы может привести к голоду, и склонялся к более постепенным формам кооперации . По мнению некоторых аналитиков, при нём экономика пошла бы по китайскому пути времён Дэн Сяопина: НЭП сохранился бы дольше, а индустриализация была бы менее разрушительной .
И всё же на XII съезде РКП(б) Троцкий, выступая по вопросам промышленности, допустил формулировки, которые были восприняты как призыв к атаке на НЭП . Его оппонент, председатель ВСНХ П.А. Богданов, упрекнул его в том, что говорить о борьбе с нэпом преждевременно и вредно, поскольку он — спасение для советской экономики . Это говорит о том, что и сам Троцкий не был последовательным защитником рыночных отношений.
Холодная война без Сталина?
Отдельный вопрос — внешняя политика и отношения с Западом. Некоторые исследователи идут дальше и предполагают, что мировая история в целом была бы иной.
Так, существует точка зрения, что если бы Сталин проиграл Троцкому, то, возможно, Второй мировой войны как таковой не случилось бы вовсе . Аргумент строится на том, что именно Сталин начал «закручивать гайки», перекрывая Западу доступ к советским ресурсам, что вызвало реакцию . Троцкий же был более прозападной фигурой, его режим мог быть более сговорчивым для англосаксонских элит.
Однако эта гипотеза противоречит тому, что мы знаем о Троцком-революционере. Его идея экспорта революции неизбежно вела к конфликту, а не к сотрудничеству.
Победа Троцкого не означала бы «рая» или «гуманного социализма». Его запредельная жестокость, проявленная в Гражданскую войну, никуда бы не исчезла . Скорее всего, СССР пошёл бы по пути ещё более радикального конфликта с Западом, экспорта революции и перманентной внутренней напряжённости. Вместо единой, централизованной империи Сталина мы бы увидели рыхлую конструкцию, где внутренняя политика была бы жёсткой, но, возможно, лишённой массового террора 1937 года. Неизвестно, выжила бы такая страна в годы Второй мировой. Одно ясно: судьба России, какой мы её знаем, оказалась бы совершенно иной.
