Яков Шифф: кем был человек, который отдал приказ о ликвидации российской царской семьи
Джейкоб Генри Шифф родился в 1847 году во Франкфурте-на-Майне, в раввинской семье. Его отец служил брокером в банковском доме Ротшильдов, что дало сыну не только блестящее образование, но и связи, открывавшие двери в высшие финансовые круги Европы. В 1865 году Шифф эмигрировал в США и начал работать в банке Kuhn, Loeb & Co. Спустя десять лет он женился на дочери одного из владельцев банка, Терезе Леб, а к 1885 году уже сам встал у руля финансового гиганта .
С этого момента Шифф становится одной из самых влиятельных фигур американского финансового мира — вице-президентом Торговой палаты США, членом городского совета Нью-Йорка по образованию, одним из лидеров еврейской общины. Но за репутацией благотворителя скрывалась другая сторона его натуры. Шифф был непримиримым врагом Российской империи — и это было не абстрактное неприятие, а глубоко личное.
Причиной стала политика царского правительства в отношении евреев: черта оседлости, ограничения на профессии и образование, периодические погромы. Шифф не просто сочувствовал своим единоверцам — он действовал. В 1903 году, после Кишинёвского погрома, он написал несколько писем президенту Рузвельту с просьбой выступить в защиту евреев в России . Но гораздо более серьёзным шагом стало его участие в Русско-японской войне.
Японские займы и первая попытка сокрушить империю
Когда в 1904 году началась Русско-японская война, Шифф сделал то, что навсегда изменило его репутацию в России. Возглавляемый им банк разместил на американском рынке серию японских государственных займов — по сути, предоставил Токио кредит на войну против Российской империи. За эту поддержку Шифф был награждён японским орденом Священного сокровища в 1905 году, а в 1907-м — орденом Восходящего солнца .
Историк А. Н. Боханов описывает характерную сцену: во время портсмутских мирных переговоров Шифф явился к главе русской делегации Сергею Витте и недвусмысленно угрожал ему — в случае неснятия административно-юридических ограничений для евреев — революцией в России . Американские журналисты, освещавшие ту встречу, отмечали главенствующее место Шиффа в еврейской делегации и его самую непреклонную позицию. На просьбу Витте убедить русских евреев не идти в ряды революционеров, Шифф ответил, что это не в силах американских евреев и что российские евреи идут в революцию потому, что надеются установить республиканскую форму правления, которая даст им равные права .
Эта позиция — не просто сочувствие, но осознанная стратегия. Шифф не скрывал своих намерений и не пытался их замаскировать.
Финансирование революции: факты и цифры
После Февральской революции 1917 года Шифф отправил поздравительную телеграмму министру иностранных дел Временного правительства Павлу Милюкову. Текст её сохранился и не оставляет сомнений в его отношении к свержению монархии: «Позвольте мне в качестве непримиримого врага тиранической автократии, которая безжалостно преследовала наших единоверцев, поздравить через Ваше посредство русский народ с деянием, только что им блестяще совершённым» . Милюков ответил не менее красноречиво: «Мы едины с вами в нашей ненависти и антипатии к старому режиму, ныне сверженному» .
Что касается финансирования, здесь цифры разнятся, но суть остаётся неизменной. По данным, приводимым в ряде источников, весной 1917 года Шифф начал финансировать Троцкого для завершения социальной революции в России . Внук Шиффа оценивал общие затраты деда на революцию в России примерно в 20 миллионов долларов — по тем временам астрономическая сумма .
Однако здесь важно сделать оговорку. Речь идёт не о прямом «заказе» большевиков, а о финансовой поддержке тех сил, которые, как считал Шифф, могли разрушить ненавистный ему режим. Это была не благотворительность и не идеалистический порыв — это была холодная финансовая стратегия, в которой революция выступала инструментом геополитического и личного возмездия.
Зашифрованные телеграммы: версия о приказе
Самая мрачная страница в истории Шиффа связана с расстрелом царской семьи. Согласно версии, которую в своих книгах приводит историк Пётр Мультатули, в руки следователя Николая Соколова, расследовавшего убийство Романовых, попали зашифрованные телеграфные ленты переговоров между председателем ВЦИК Яковом Свердловым и чекистом Яковом Юровским, руководившим расстрелом .
По утверждению Мультатули, расшифровать эти ленты Соколову удалось только в 1922 году — уже в эмиграции. И якобы в них содержалось указание, подписанное Джейкобом Шиффом, о «необходимости ликвидировать всю Семью» . Согласно этой версии, Свердлов сообщил в Америку о существующей угрозе захвата императора белыми или немцами, и в ответ получил приказ от Шиффа.
Эта история выглядит почти детективно. И именно поэтому требует особенно тщательной проверки.
Что говорят архивы и историки
Проблема в том, что подлинность этих телеграмм не подтверждена архивными документами. В делах ВЦИК и Совнаркома «соколовской» шифровки нет . Более того, существует обоснованное сомнение: была ли телеграмма вообще получена в Москве? Историк Ковальченко, ссылка на которого сохранилась в обсуждениях, сомневался не столько в подлинности телеграммы, сколько в самом факте её получения .
Есть и ещё один нюанс. В более поздних изданиях расследования Соколова, по некоторым данным, был «вырезан» один из телеграфных документов — тот самый, где якобы фигурировал Шифф . Это можно трактовать двояко: либо как сокрытие неудобной правды, либо как признак того, что документ был сфабрикован и позже удалён из соображений достоверности.
Пётр Мультатули — внук повара Харитонова, погибшего вместе с царской семьёй, и человек, посвятивший изучению этой темы десятилетия . Его работы — это серьёзное исследование, но они не свободны от определённой тенденции: доказать, что убийство Романовых было не просто политическим решением, а частью некоего глобального заговора. Это не отменяет ценности его изысканий, но требует осторожного отношения к выводам.
Загадка смерти Соколова и процесс Форда
Есть в этой истории деталь, которая придаёт ей дополнительную интригу. В 1924 году Николай Соколов, расследовавший убийство царской семьи, умер при загадочных обстоятельствах во Франции. За несколько месяцев до смерти он был приглашён в США автостроителем Генри Фордом для того, чтобы выступить свидетелем по делу, возбуждённому Фордом против банковского дома Kuhn, Loeb & Co, которым руководил Шифф .
Форд в ту пору вёл собственную кампанию против «международного банковского заговора», и Соколов с его документами был бы ценным свидетелем. Но вместо этого Соколов умирает — тихо, вдали от родины, не успев дать показания. Сторонники версии о приказе Шиффа видят в этом руку могущественного банкира, устраняющего неудобного свидетеля. Скептики возражают: Соколов был уже смертельно болен, и его смерть не требует конспирологических объяснений.
Что можно сказать с уверенностью
Яков Шифф был последовательным и непримиримым врагом Российской империи. Это не версия, а факт, подтверждённый его собственными словами и действиями. Он финансировал японскую армию в войне против России. Он поддерживал революционные силы, стремясь к свержению самодержавия. Он открыто праздновал падение монархии в 1917 году.
Но был ли он тем человеком, кто отдал приказ об убийстве детей Николая II? Здесь начинается область, где документы либо отсутствуют, либо вызывают сомнения, а свидетельства либо косвенны, либо противоречивы.
Шифф скончался в 1920 году, за два года до того, как Соколов якобы расшифровал телеграммы. Он ушёл из жизни, так и не увидев исполнения своего желания — полного разрушения того мира, который он ненавидел. И унёс с собой ответ на вопрос, который историки пытаются разгадать уже больше века.
Молчание, которое говорит громче слов
Яков Шифф — человек, чья ненависть к России была не эмоцией, а системой. Он вкладывал в неё деньги, время, репутацию. И даже если приказ о ликвидации царской семьи не был подписан его рукой, сама логика его действий вела к тому, что рано или поздно кто-то должен был сделать этот шаг. Вопрос лишь в том, был ли Шифф инициатором или его имя просто оказалось удобной фигурой для тех, кто хотел придать убийству видимость «внешнего заказа».
История расстрела Романовых до сих пор остаётся одной из самых тёмных страниц XX века. И Шифф — не единственный, кто мог бы отдать приказ. Но он единственный, кто сделал так много, чтобы этот приказ стал возможен.
