Почему русские говорят «ты» Богу, но «вы» начальнику
«Отче наш, иже еси на небесех, да святится имя Твое». Человек, который только что говорил «вы» охраннику на проходной, в храме обращается к Творцу вселенной на «ты» и не чувствует в этом никакой неловкости. Сама по себе эта асимметрия не русская — она есть во французском, немецком, польском. Но в русском языке у неё своя история, и она объясняет, почему «вы» у нас до сих пор звучит чуть по-казённому, а «ты» остаётся словом близости и правды.
Когда «вы» ещё не было
В древнерусском языке к одному человеку обращались только на «ты». Так говорили с князем, с епископом, с отцом, с холопом. Множественное «вы» означало ровно то, что значит грамматически, — несколько человек. Никакого вежливого «вы» летописи, грамоты и берестяные письма не знают.
Это хорошо видно по челобитным. До начала XVIII века просьба на имя царя строилась по формуле: «Царю государю и великому князю бьёт челом холоп твой» — именно «твой», а дальше «смилуйся, государь, пожалуй». Иван Грозный и Андрей Курбский в своей переписке обмениваются оскорблениями на «ты», и это не признак грубости, а норма. Протопоп Аввакум пишет Алексею Михайловичу из пустозерской ямы на «ты» — и там, где умоляет, и там, где обличает. В сознании человека XVII века обращаться к царю иначе, чем к Богу, не было никакого основания: власть царя от Бога, и язык разговора с ним тот же.
Откуда взялось вежливое «вы»
Привычка говорить одному человеку «вы» родилась не в России. Американские лингвисты Роджер Браун и Альберт Гилман в классической статье «Местоимения власти и солидарности» (1960) связали её с поздней Римской империей: после реформ Диоклетиана императоров стало двое, и обращение к любому из них во множественном числе — «vos» — подразумевало обоих. Потом «vos» закрепилось за императором как таковым, затем спустилось к знати, и к Средним векам Европа получила два местоимения для одного собеседника: одно для равных и низших, другое для высших.
В русский язык этот обычай пришёл с запада и поздно. Первые случаи вежливого «вы» лингвисты отмечают в XVII веке в документах, связанных с Посольским приказом и переводами с польского и немецкого. Массовым оно стало при Петре I и его наследниках. Виктор Виноградов в «Очерках по истории русского литературного языка XVII–XIX веков» описывает, как дворянство XVIII века усваивало западный этикет вместе с языком: французское «vous» и немецкое «Sie» принесли с собой и русское «вы».
Пётр, кстати, изменил и челобитные. Указами 1701 и 1702 годов он запретил подписываться уничижительными именами вроде «Ивашко» и велел писать «раб» вместо «холоп». Это ещё не «вы», но уже перестройка дистанции между подданным и властью на европейский лад. К середине XVIII века в письмах образованных людей «вы» стало нормой, а к концу столетия дворянские дети говорили «вы» родителям, что крестьянину казалось дикостью.
Пустое «вы» и сердечное «ты»
К пушкинскому времени система сложилась окончательно. Стихотворение «Ты и вы» (1828) фиксирует её одной фразой: «Пустое вы сердечным ты она, обмолвясь, заменила». «Вы» — форма по умолчанию для чужих, нейтральная, «пустая». «Ты» — переход к близости, который случается только по оговорке или по особому праву.
Юрий Лотман в «Беседах о русской культуре» (1994) показывает, насколько строго это работало в дворянской среде: переход на «ты» был событием, его обставляли ритуалом (отсюда «выпить на брудершафт» — ещё один немецкий импорт), а неправильно выбранное местоимение могло стать поводом для ссоры или даже дуэли. Пол Фридрих, изучавший употребление «ты» и «вы» в русской литературе XIX века (работа 1966 года), насчитал около десятка факторов, от которых зависел выбор: возраст, сословие, родство, пол, обстановка, степень знакомства. При этом крестьянская Россия продолжала жить на «ты», как в XII веке: барину — «ты, батюшка», соседу — «ты», священнику — «ты».
Так возникли два языка в одном. Верхи говорили на «вы», низы — на «ты», и обращение к собеседнику выдавало происхождение быстрее, чем одежда.
Почему молитва не изменилась
Церковь этой перестройки не заметила, и не случайно. Богослужебный язык был зафиксирован задолго до того, как в русском появилось вежливое «вы». Церковнославянские тексты переводились с греческого в IX–X веках, а греческий оригинал — Евангелие, Псалтирь, литургия Иоанна Златоуста — обращается к Богу в единственном числе, как и древнееврейский Ветхий Завет. Для первых христиан иначе и быть не могло: Бог один, и говорить Ему «вы» значило бы говорить неправду.
Эта логика пережила все этикетные революции. В английском языке «thou» исчезло из разговорной речи к XVIII веку, но осталось в Библии короля Якова и в молитвах — англичанин говорит Богу «thou», то есть на старое «ты», хотя больше никому так не скажет. Квакеры в XVII веке принципиально говорили «thou» всем подряд, включая короля, именно потому, что считали «you» одному человеку лицемерием. Во французском языке произошло обратное: католики веками молились на «vous» («Notre Père qui êtes aux cieux»), и только литургическая реформа 1966 года вернула в молитву «tu» — как форму, более близкую к евангельской.
Русская церковь такого выбора не делала никогда. «Ты» в молитве — не фамильярность и не архаизм, а продолжение языка, в котором другого местоимения для одного собеседника просто не существовало. Молящийся говорит с Богом так, как в XI веке говорили со всеми.
Начальник и грамматика власти
Браун и Гилман выделили в системе «ты/вы» два измерения. Первое — солидарность: взаимное «ты» между своими, взаимное «вы» между чужими. Второе — власть: когда один говорит «ты», а другой отвечает «вы». Так барин говорил с лакеем, офицер с солдатом, хозяин с работником. Асимметрия местоимений была грамматическим оттиском сословного общества.
Советская власть отменила сословия, но местоимения не тронула. «Товарищ» прибавился к фамилии, а «вы» осталось формой, которую рабочий говорит директору, а директор рабочему — как придётся. Наталья Формановская в работах по русскому речевому этикету отмечает, что в современном русском «вы» — нейтральное обращение к незнакомому взрослому, а переход на «ты» без согласия воспринимается как претензия на превосходство. Начальник, говорящий подчинённому «ты», пользуется ровно той привилегией, которой пользовался барин. Подчинённый, отвечающий «вы», соблюдает дистанцию, которую придумали при Диоклетиане и завезли к нам при Петре.
Бог в эту систему не попадает, потому что она моложе Его языка на тысячу лет.
