Что для казаков было самым унизительным
Гордые казаки, делом подтверждавшие свои слова, жили по собственному неписаному закону. Любая попытка заставить их подчиняться чужим правилам расценивалась как унижение. Позором покрывал себя и тот, кто отказывался от честного и храброго бытия в рамках общины.
Кубань: «мужики в лаптях, а казаки — в лампасах»
Для кубанских казаков, принадлежавших к воинскому сословию, не было большего оскорбления, чем услышать в свой адрес обращение «мужик». Свободолюбивые казаки всячески дистанцировались от закабаленных крестьян-землепашцев, привыкших гнуть спину на помещиков. Они ненавидели это слово, предпочитая, чтобы их называли «мужчинами» или «братцами».
Если кто-то оговаривался по незнанию, немедленно следовал ответ: «Мужики в лаптях, а казаки — в лампасах!» После этого обидчику желательно было извиниться.
Дон: браки, бороды и винная бочка на гербе
Для казаков Войска Донского унизительным считалось родство со славянками. Охотно беря в жены турчанок, они избегали женитьбы на русских и украинках, которые с середины XVIII века стали активно селиться на Дону. Если же чары прелестницы оказывались сильнее здравого смысла и донец играл свадьбу, в глазах общины он и весь его род теряли уважение.
Такое унижение было веским основанием для осторожности в любви. Оно приносило неудобства не только мужчине, но и женщине: в случае смерти мужа никто, даже его родственники, не протягивал ей руку помощи — все лишь способствовали ее удалению из станицы.
Донским казакам, беспрерывно вступавшим в конфликт с азакцами (жителями Азова), для очередного военного набега хватало даже одного оскорбления, нанесенного врагами члену их общины. Чтобы унизить попавшего в плен донца, азакцы отстригали ему бороду и усы и в таком непотребном виде отправляли в станицу.
Вольный образ жизни донцов, имевших собственный независимый от государства устав, очень раздражал Петра I. Желая подчинить их себе, усмирить и унизить, император даровал Войску Донскому новый герб. На этом искренне ненавидимом казаками символе царь велел изобразить сидящего на винной бочке полуголого мужчину с саблей, ружьем и кальяном — зная, что пьянство никогда не приветствовалось на Дону.
В середине XVII века, когда на Дон стали стекаться раскольники-староверы, остро встал вопрос с пропитанием. Присылаемая из центра помощь не решала проблему, и новоприбывшие попробовали сами заняться земледелием. Донские казаки расценили это как унижение — они никогда не возделывали землю, привыкнув воевать, а не взращивать. Был издан указ: «Чтобы никто и нигде хлеба не пахали и не сеяли, а если станут пахать, и тогда бить до смерти и грабить, а кто хочет пахать, те бы шли в прежние свои места, где кто и жил».
Запорожская Сечь: позорный столб и отсеченный чуб
Самые безжалостные и оголтелые казаки из Запорожской Сечи применяли к провинившимся собратьям унизительные меры наказания, чтобы другим было неповадно.
Выказывая презрение к чрезмерному увлечению алкоголем, они хоронили пьяниц на отдельном кладбище — рядом с самоубийцами. На могиле ставили не крест, а осиновый кол, который даже после смерти напоминал окружающим о неприличном образе жизни.
Запорожцев, уличенных в воровстве, община приговаривала к смертной казни. Но прежде им предстояло три дня простоять прикованными к позорному столбу, после чего их забивали палками другие осужденные на такую же участь.
Серьезным оскорблением достоинства запорожского казака было отсечение его длинного чуба-оселедца. По поверью, именно за этот чуб Бог должен был вытащить казака из ада — за многочисленные убийства врагов.
Папаха и шашка: символы, которых нельзя касаться
Особый пиетет казаки испытывали к головному убору. Папаху носили не для тепла, а для чести. Каракулевая папаха, в силу специфического кроя не позволявшая ходить с опущенной головой, отражала традиционное мировоззрение казаков, не гнувших спины ни перед кем.
Сбить с казака шапку значило нанести глубокое оскорбление. Упавшая папаха становилась вызовом на поединок, где обидчик мог доказать свою правоту, а казак — отстоять доброе имя. Оберегая бойца в бою, шапка олицетворяла его мужество, мудрость и достоинство. Ее потеря сулила скорую смерть.
Обязательным элементом обмундирования была шашка — символ всей полноты прав казака. Получив ее из рук стариков в семнадцать лет, он должен был с честью исполнять законы общины. Нарушение могло повлечь унизительное лишение шашки. Если «братец» раскаивался, спустя время по решению Круга ему возвращали оружие. В противном случае его изгоняли из Войска.
Казачий кодекс чести не был набором абстрактных правил. Он жил в папахе, которую нельзя было ронять, в шашке, которую могли отобрать за провинность, в чубе, за который держал Бог. Он требовал храбрости, верности общине и неприятия всего, что могло унизить достоинство. Те, кто нарушал эти неписаные законы, платили позором. А позор для казака был страшнее смерти.
