Прошлое

200 богатырей: как воевали русские добровольцы на англо-бурской войне

Автор: Орынганым Танатарова  |  2019-12-07 14:25:44

Во многих вооруженных конфликтах принимают участие добровольцы, прибывшие на помощь одной из сторон. Среди них есть и те, кто воюет за идею, и авантюристы, и профессиональные наемники. Англо-бурская война 1899-1902 годов вызвала широкий общественный резонанс в России, большинство жителей нашей страны сочувствовали южно-африканским фермерам, на земли которых покусилась Британская империя. А некоторые русские люди вызвались помочь потомкам голландских, французских и немецких колонистов с оружием в руках.

Сходство буров с русскими

Ни для кого не секрет, что во второй половине XVIII века на геополитической карте мира заметно усилилось противоборство Российской и Британской империй. Поэтому всех, кто боролся с англичанами, правящая элита нашей страны воспринимала как союзников. По мнению многих исследователей, царское правительство сознательно разжигало шумиху в обществе, желая консолидировать население страны на волне сочувствия к бурам.

Два доктора исторических наук Ирина Филатова и Аполлон Давидсон совместно написали книгу «Россия и Южная Африка: три века связей» (Москва, 2010), в которой отметили, что официальная пропаганда всячески подчеркивала сходство буров с русскими, учитывая их религиозность, патриархальный уклад жизни и традиционное занятие сельским хозяйством. И хотя отдельные либеральные издания утверждали, что в самой России достаточно проблем, требующих безотлагательного решения, большинство газет и журналов того времени буквально пестрели заголовками, призывающими народ оказать южноафриканским фермерам всевозможную поддержку, собирать пожертвования для них.

«Нельзя объяснить симпатии россиян к бурам лишь тем, что реакционная печать ловко манипулировала общественным мнением. Ведь обычно люди, и особенно интеллигенция, не вполне доверяли организованным сверху кампаниям. Так что здесь было и сочувствие слабому, и восхищение республиканским строем бурских государств, и неприязнь к Великобритании, глубоко сидевшая в сознании многих слоев населения Российской империи», – считают И.И. Филатова и А.Б. Давидсон.

Сколько было добровольцев

На помощь бурам отправились граждане многих стран, в том числе голландцы, французы, немцы, поляки, ирландцы, болгары, венгры и русские. Большинство исследователей склонно доверять британским и американским военным корреспондентам, подсчитавшим приблизительное число наших соотечественников, принявших участие в этой войне. А у них получилось – 225 добровольцев.

По крайней мере, русский военный атташе Василий Ромейко-Гурко в своем донесении начальству указал фамилии 25 военнослужащих русской армии, которые отправились в Южную Африку, получив внеочередные отпуска на службе. Большинство из перечисленных им – офицеры.

Остальные добровольцы, видимо, остались за рамками отчетов военного ведомства, не будучи служилыми людьми. Не учитывали официальные структуры и выходцев из Российской империи, которые эмигрировали на другой континент в поисках лучшей жизни незадолго до начала войны. А среди этих людей были и евреи, и литовцы, и русские крестьяне. Все они воевали на стороне буров.

Русские в Южной Африке

Кандидат политических наук Александр Варакса – автор статьи «Англо-бурская война и ее повседневность глазами русских добровольцев», которая была опубликована в журнале «История повседневности» (№ 3 за 2018 год). Ученый проанализировал воспоминания наших соотечественников, участвовавших в боевых действиях на территории Южной Африки.

По мнению большинства очевидцев, буры потерпели поражение, потому что их войско было, по сути, фермерским ополчением. Несмотря на отличное знание местности, неприхотливость, выносливость и смелость, потомки европейских колонистов проиграли из-за плохой координации действий, отсутствия единой тактики и стратегии, а также по причине недостатка дисциплины. Британская же регулярная армия после нескольких неудач сумела изменить ход военной кампании и, в итоге, одержала победу.

В своих воспоминаниях русские добровольцы часто жалуются на южноафриканский климат и отмечают, что буры могли жестоко обходиться со своими чернокожими слугами, которые не только работали на плантациях, но и сопровождали белых хозяев во время военных походов: готовили еду, выполняли разные поручения, несли на себе оружие и боеприпасы.

Военный инженер Михаил фон Зигерн-Корн так описал отношение обычного бура к своему рабу: «Пока черный слуга служит ему с покорностью и преданностью, он относится к нему спокойно, справедливо и даже добродушно. Но достаточно, чтобы бур почуял в чернокожем малейший оттенок коварства, малейшую искру возмущения, как спокойный и добродушный хозяин превращается в грозного, неумолимого палача и подвергает непокорного жестокому наказанию, не смущаясь никакими последствиями».

Понятно, что такое отношение не могло нравиться коренным африканцам. Этим обстоятельством воспользовались англичане, пообещав чернокожему населению свободу, землю и даже гражданские права. В результате, многие рабы отказались дальше служить бурам, став союзниками британцев.

Боевой генерал Максимов

Самым известным из русских добровольцев был, безусловно, Евгений Максимов (1849-1904 гг.), отправившийся на другой континент в качестве военного корреспондента. Этот невысокий сухощавый человек так проявил себя в сражениях с англичанами, что возглавил Иностранный легион, состоявший из нескольких добровольческих отрядов. А 24 мая 1900 года командование буров присвоило ему звание фехтгенерала (т. е. боевого генерала). Такой чести кроме него удостоился лишь один доброволец – французский граф Виллебуа-Марейль, командовавший Иностранным легионом до Е. Я. Максимова.

Интересную характеристику нашему соотечественнику, ставшему генералом в ходе англо-бурской войны, дал в своих мемуарах офицер русской армии Евгений Августус. Он написал, что «…такие люди не могут ужиться в тесной рамке мирной, обыденной жизни, они рвутся на простор, на волю. Люди его склада или оставляют след в истории как бесстрашные путешественники, открывающие новые неизвестные земли, как мореплаватели, как воины, как вожди народные во времена великих переворотов и катастроф, наравне с именами Дежнева, Пржевальского, Стеньки Разина, или делаются жертвами людской тупости, равнодушия и с обрезанными крыльями задыхаются где-нибудь в глуши в чине отставного капитана».

После победы англичан Е. Я. Максимов вернулся в Россию. Он погиб на Русско-японской войне 1904-1905 годов.

Отважный штабс-капитан Шульженко

Настоящей легендой, как среди иностранных добровольцев, так и среди буров, стал штабс-капитан Александр Шульженко (1869 – около 1904 гг.), чья беспримерная, отчаянная храбрость отмечена в воспоминаниях многих сослуживцев.

«Был у нас офицер, некто штабс-капитан Шульженко, поражавший всех своей феноменальной отвагой. По целым дням бродил он у английского лагеря, часто подходил шагов на 150 к неприятельским траншеям, натыкался на их разъезды и один завязывал с последними перестрелку, при этом всегда оставался целым», – так охарактеризовал боевого соратника другой участник англо-бурской войны, князь Михаил Енгалычев.

А.Н. Шульженко участвовал в обороне Йоханнесбурга и Претории, захваченных англичанами. В конце войны он был ранен и попал в плен. Вместе с некоторыми другими иностранными добровольцами британцы направили штабс-капитана в лагерь для военнопленных, располагавшийся на острове Цейлон (Шри-Ланка). С помощью русских дипломатов отважный воин вернулся на родину, но вскоре погиб на русско-японской войне, как и Е. Я. Максимов.

Вообще, многие добровольцы, сражавшиеся на стороне буров, впоследствии сложили головы на фронтах Первой мировой или последовавшей за ней Гражданской войны. Но были среди них и те, кто оставил заметный след в истории России. Например, Федор Гучков (1860-1913 гг.) и его родной брат Александр Гучков (1862-1936 гг.) в 1905 году основали партию «Союз 17 октября», оба они активно участвовали в политической жизни страны.

Подвиг врачей и медсестер

Русские оказывали бурам не только военную поддержку. Денежные пожертвования для них собирали по всей стране, координировал эту работу Голландский комитет для оказания помощи раненым бурам, работавший в Санкт-Петербурге. В декабре 1899 года было объявлено, что общая сумма пожертвований превысила 100 тысяч рублей, и на эти средства будет создан Русско-голландский походный лазарет на 40 коек, который вскоре отправится в Южную Африку. В интернациональный коллектив медработников входили четыре отечественных врача и столько же сестер милосердия.

А чуть ранее в зону вооруженного конфликта отправился Русский добровольческий отряд Красного Креста под руководством доктора Николая Кускова (1850 – после 1934 гг.). Его потомок – кандидат технических наук Сергей Орловский – рассказал об этой непростой миссии в своей статье «Русский добровольческий отряд Красного Креста под руководством Н.И. Кускова на англо-бурской войне», которая была опубликована в издании «Социально-экономический и гуманитарный журнал Красноярского ГАУ» (№ 3 за 2016 год).

Н.И. Кусков был заместителем директора Мариинской больницы (Санкт-Петербург), кроме него в медицинский отряд вошли пять хирургов, четыре фельдшера, один провизор, девять сестер милосердия, санитары. Русские врачи прибыли в Преторию в начале января 1900 года, а приказ об их возвращении пришел 27 июля. За более чем полгода интенсивной работы в зоне боевых действий отряд оказал стационарную помощь 1090 раненым и больным, амбулаторную – более 5700 бурам и их сторонникам.

После возвращения доктор Н.И. Кусков стал директором Мариинской больницы, многие участники этой миссии Красного Креста получили ордена и медали.

Они были шпионами?

В своей статье С.Н. Орловский отметил, что отставной штабс-капитан Алексей Потапов, прикомандированный к медицинскому отряду Красного Креста в качестве административного секретаря, на самом деле являлся штатным сотрудником российской разведки. Потомок Н.И. Кускова считает, что многие герои англо-бурской войны по совместительству являлись шпионами.

Например, вышеупомянутого подполковника Василия Ромейко-Гурко исследователь называет официальным военным агентом Российской империи, а журналиста и боевого генерала Евгения Максимова – штатным контрразведчиком. Не избежал подозрений в шпионаже и военный инженер Михаил фон Зигерн-Корн.

«Ромейко-Гурко, Максимов, Потапов, фон Зигерн Корн распоряжением Николая II были обязаны подавать свои отчеты о проделанной работе, минуя своих непосредственных начальников, прямо государю императору. Первый из них был легальным военным агентом, остальные нелегальными. То есть, отряд РОКК являлся «крышей» для одного из офицеров российской военной разведки», – написал С.Н. Орловский.

Так или иначе, а Российская империя, не оказала бурам существенной военной помощи, на которую они надеялись, ограничившись лишь неофициальной отправкой добровольцев на другой континент.

Читайте также:
Рекомендуемые статьи
Сухарева Башня
Рекламные статьи
Мы в Одноклассниках
Кириллица в Одноклассниках